Летописи Белогорья. Ведун. Книга 1

Она смотрела на хозяина открыто и спокойно, не пряча насмешливого взгляда таких же, как у Ведуна, серых глаз, но с какой-то еле уловимой потаенной горчинкой на тонких губах. Берестяной короб, казавшийся в мороке тумана уродливым горбом, она уже успела снять со спины и поставить рядом, у самых своих ног, и теперь стояла свободно, слегка опираясь, словно на посох, на длинный боевой лук со снятой тетивой.

Было заметно, что Ведуну под этим стальным взглядом стало как-то неловко: он сразу стушевался, даже как будто бы стал меньше ростом, но глаз своих не опустил и спокойно, с достоинством ответил гостье:

– С проходом все в порядке.

Так закупорен, что и комар носа не подточит. Дочка названная помогла… Расцвела она в эту ночь, Ягиня, в возраст вошла – девкой стала.

Гостья сразу же стала предельно серьезной. Всякая искорка веселья моментально затухла и пропала, и ее доселе широко распахнутые жгучие глаза сразу сузились и стали по-рысьи хищными и настороженными. Да и сама она сразу как-то подобралась и стала вдруг походить на большую и очень опасную лесную кошку.

– Кровь на Кромке пролила? – совершенно бесцветным голосом, даже как-то немного отстраненно промурлыкала воительница. – А где же она сейчас?

– Нет. Там все обошлось, Бог миловал! В бане перетрудилась, новорожденного отмывая от мертвечины, – глядя ей прямо в глаза, твердо ответил Ведун. – Я ее в избу отнес, в сенях на лавке спит. Сумлела.

– Сумлела, говоришь? Ну что же… Раз так, то пошли, соколик! Только сперва давай посмотрим, что да как, а уже потом будем решать, что нам с тобой делать, – несколько двусмысленно почти пропела странная гостья.

 – Веди-ка меня, сокол мой ясный, для начала на место ритуала. Погреемся у огонька, потом пройдем с тобой в баню да на возвращенца вашего полюбуемся, а уж потом можно и в избу. Впрочем, в избу я войду одна, нечего тебе там делать. Вы, мужи, за-ради жизни чужую кровь проливаете, а мы, жены, свою льем. Помоги-ка мне лучше с коробом!

Ведун покорно взвалил на плечи тяжелый короб («Интересно знать, это какие такие “грибочки? она в нем носит?») и, поудобнее перехватив бочонок, повел гостью к месту проведенного ритуала.

Там он разгрузился, наносил дубовых поленьев и аккуратно сложил их шалашиком, а затем вытащил свой боевой нож и одним ударом о черный камень высек малую искру. Искорка озорно блеснула и хотела было убежать в темноту, но, заметив раскрытую ладонь Ведуна, скользнула в нее и поначалу затаилась.