500 лет назад – 3.1, или Кавалеры ордена

Ну, а те, кто больше других имел дело с железом и разными телегами, могли оценить и ее… реалистичность, если говорить современным языком. Все эти потертости бамперов, ржавчина и грязь на корпусе, да даже замерзающие стекла, которые надо было отогревать – делали машину хоть и совершенно невероятной для этого времени, но все же обычной повозкой. Поэтому очень большая часть вопросов, которые Седову задавали в отряде при случае обычные бойцы, относилась именно к машине. Так что про оси, подшипники, амортизаторы и сцепления он наговорился от души.

А вот из прочих вопросов чаще всего спрашивали – неужели и дальше, все пять сот лет, Русь будет воевать со всеми соседями, причем со все увеличивающимся числом потерь?… И тут Николаю Федоровичу было гораздо сложнее. У него был большой соблазн просто заявить, что да, все кругом нам смертные враги на всю жизнь, без особых пояснений, и его ответ бы приняли, и даже, пожалуй, это был не худший вариант. Но… ему хотелось большего. И он, при удобных случаях, рассказывал, что те же германские немцы живут на землях западных славян уже веками, и теми же веками ведут свой «дранг нах остен», хотя и не стали менять старые названия рек и даже городов; что турки давно отуречили южных славян и в основном из их детей (а еще – из покупных славянских же рабов) выращивают янычар, самое сильное свое войско; что северные народы, с былинных викингов до шведов в 18 веке, рассматривали Русь, как территорию для грабежей и ловли рабов, и только потом, неоднократно получив по щам, чуток успокоились… Ну и что в дальнейших войнах как минимум два раза на Русь приходила сборная солянка армий даже тех стран, которые и о местонахождении-то России имели очень слабое представление, однако не отказывались ее захватить, ну, или хотя бы пограбить.

А проистекало это все от того, что законы у них были… волчьи, что ли (ну, или шакальи – кому что ближе), а людей (и своих, и – тем более – чужих) они рассматривали лишь как рабов, говорящий скот, и противостоять этому нужно не только военной силой крепкого государства, но и разъяснением, отчего так.

Причем, чтобы понимали и наши, и они – что мы все понимаем, и рассчитываться с ними, если что, будем с запасом. Седов старался это объяснить, понимая, что этим пяти десяткам человек он еще может попытаться сейчас дать развернутую картину, а надеяться на «когда-нибудь потом» – времени нет.

Пока, впрочем, время было.