Осколок

Его, судя по физиономии, невесёлые мысли засасывали словно в жирную осеннюю грязь.

В телеге их было всего двое: Далур, которому не нашлось лошади по росту, и старый Вергард, которому здоровье не позволяло столько времени проводить в седле. Дварфа это устраивало, крепким доскам он верил гораздо больше, чем животным.

– Ну и чего, скоро там? Должны были уже приехать, – громко сказал Гар, один из стражников.

Он ни к кому не обращался, скорее просто старался развеять дорожную скуку, так бесхитростно завязав разговор.

Никто ему и не ответил. Далур тоже на это не купился, хотя прекрасно его понимал. За десять дней, что они плелись по этой густо поросшей травой дорожке, пейзаж не баловал разнообразием. Вечно пасмурное небо над головой, едва различимая тропа под ногами и бегущие вдоль неё тёмно-зелёные стены леса. Из развлечений только шум ветра и уже успевший надоесть десяток стражи с одними и теми же разговорами.

Двое других наёмников чаще держались особняком и предпочитали пропадать в лесу, оставляя своих лошадей в поводу у стражников.

Далур никак не мог взять в толк, как эти двое ещё не отстали. Их и сейчас не было с отрядом – скрылись в зарослях несколько часов назад. Его и самого подмывало спрыгнуть с опостылевшей телеги и пройтись с ними, но раскинувшийся на многие вёрсты вокруг лес его пугал.

«Всю задницу на ухабах уже отбил об эту телегу! Когда уже посёлок этот покажется?!»

Если есть время – удели его своему оружию. Если времени нет, то найди и всё равно сделай что должно, и тогда топор тебя не подведёт.

Так говорили у Далура дома.

Далур вздохнул и полез в заплечный мешок за войлоком и маслом. Конечно, он понимал, что прямо сейчас это ни к чему – никакая ржавчина не осмелится появиться на доброй дварфийской стали ещё очень долго. Но он себя не простит, если такое вдруг случится.

Он удобно устроил топор на коленях, недоверчиво покосился на неизменную стену зелени по бокам и капнул густым маслом на лезвие. Далур методично натирал пахучей жидкостью оружие и, чтобы чуть развеять скуку, принялся про себя в ритм своим движениям читать старые стихи:

«Держи топор крепкой рукой.

Бой – наш отец, а мать – скала.

Труса семье быть под пятой

Трижды проклятого врага.

Держишь топор – держи и строй,

Дерись, пока не победишь,

И стой…»

Далур замер. Ему показалось, что пальцы зацепились за небольшой заусенец или выщерблину на лезвии. Он нахмурил брови так, что те соединились в косматую изломанную линию.