Легенды Сэнгоку. Демоны ночи

– Я готов, – твёрдо сказал мальчик. – Я ни за что не отступлюсь.

– Ты глупейшее мясо, которое я когда-либо видел! – хмыкнул с сожалением одноглазый. – Трапеза отменяется братья! – крикнул он своим. – Хотя, может когда поджарим наконец-то сможем полакомиться!

Карасу расхохотались, захлопали крыльями. Их противные голоса эхом раздались над горными просторами. Но, в миг они умолкли, сложив крылья перед собой, будто завернувшись в пернатые плащи. Они по-прежнему оставались на камнях, огораживающих плато. Куро стоял у края, у того место где со скалы вела кое-как проторенная тропа.

Огонь вспыхнул мгновенно. Всё вокруг заполыхало. Даже камни и те загорелись. Мальчик почувствовал, как его кожу обжигают языки неистовой стихии. Но, огонь погас, также быстро, как и загорелся, оставив после себя раскалённую до красна почву.

– Иди к нам! – позвал его Ицубоко. – Учти, если промедлишь, будет только жарче!

Куро вновь оказался в безвыходном положении. Позади, у тропы бушевало пламя, загораживая ему путь к бегству.

Впереди, раскалённые камни и лишь за ними, рядом с карасу, спасение. Крыльев у мальчика не было, поэтому оставалось двигаться лишь вперёд.

Сначала Куро попытался пробежать, что практически сразу переросло в короткие прыжки. Ступни нестерпимо жгло и с каждым шагом становилось всё невыносимее. Обуви у него давно уже не было. В таких условиях она вся износилась, а его ступни уже настолько одеревенели от постоянной ходьбы босиком, что заменили ему подошвы. Но даже это не спасало его от раскалённых камней.

Его кожа начала плавиться. Не только на ногах, но и выше. Одежда начала тлеть и дымить, обдавая его неприятным запахом. Куро ускорился. Начало жечь так, что хотелось кричать от боли. Но он шёл, сжав рот, кусая губы до крови, сморщив лицо и рыча, словно раненный дикий зверь. Казалось, что огонь уже расправился с его кожей и уже поджаривал голое мясо. Он отчётливо ощущал запах собственного горящего тела. Мозг вновь перестал воспринимать реальность, а взор застлало красной пеленой. И он почти у цели, оставалось лишь несколько шагов, но сознание вновь покинуло его.

***

Он видел себя, лежащего на красной, раскалённой словно сковорода, земле. Обугленная, дымящаяся кожа, прилипающая к накаленным камням, зажаренная кровь по всему телу и жуткие, хрипящие звуки, доносившиеся из его глотки, какой-то страшной, смертельной агонии, несравнимой ни с чем. Он видел себя со стороны, но чувствовал, как это происходит с ним.