Невысоклики. Корона лесной феи. Часть 3

– Нет, хозяин, он р-ростом с ежа! Р-р-р! Лило постар-р-р-ался!

– Ой! – Тина спрятала лицо в ладони. – Кошмар! Бедный папочка! Скорей туда!

Папаша Модл уже весь извёлся. Он не успевал скакать по грядкам за шустрым Уткинсом, увещевая его:

– Да погоди, сосед, куда тебя опять несёт! Не ровён час, в помойную яму свалишься!

А измельчавший Уткинс шмыгал у него под ногами туда-сюда, обуреваемый желанием хоть что-нибудь предпринять. Он успел уже побывать в гороховых зарослях, подраться на капустной грядке с лесным кроликом и отдубасить палкой здоровенную жабу, надувшуюся было на него.

Но больше всего несчастного садовода выводили из себя насекомые.

– Вредители! Одни вредители кругом! – кричал он, носясь со сломанной столовой вилкой наперевес, как морской царь с трезубцем, и брал "на абордаж" жуков и сороконожек.

– А ваш папаша знатный охотник, – съязвил старый Модл, как только увидел Олли и Тину. Он сидел, весь в поту, на ступеньках крыльца и держался за сердце.

– Стой! Родного отца не зашиби! – с упрёком заверещал Уткинс, простирая руку с вилкой в сторону дочери.

Тут воитель увидел очередную сороконожку и, издав боевой клич, кинулся на неё.

Наконец Олли пришёл в себя, достал усмарил и протараторил заученное наизусть  заклинание. В пылу борьбы тесть не заметил, как принял прежние размеры. Да и как он мог это заметить, если сороконожка, попав в зону действия чар, тоже увеличилась, став вдруг гораздо больше среднего невысоклика.

Жуткая тварь согнулась дугой, зашипела как удав и приготовилась к броску.

Она явно собралась расквитаться с Уткинсом за своих сородичей. Её челюсти отвратительно зашевелились, готовясь впиться в ненавистного огородника. Казалось, папашу Уткинса уже ничто не спасёт. Но Олли не растерялся, треснув в отвратительное рыло молнией. Сороконожка описала в воздухе кульбит, перелетела через забор и понеслась вскачь по улице, делая соседских собак заложниками пожизненных ночных кошмаров.

Использование переходов давало казне большую прибыль. Возглавляющий Канцелярию Болто пользовался заслуженным уважением.

Пеликан Хрюкла по кличке "Проглот" пасся у дверей, принимая от благодарных посетителей непременное угощение.

Кроме постоянных препирательств с посетителями, в обязанности главы Канцелярии входило ещё многое. Болто и два его помощника объясняли правила пользования, растолковывали расписание появления дверей, сами ходили провожатыми, уменьшали и увеличивали, выручали угодивших в какую-нибудь неприятность.