Невысоклики. Корона лесной феи. Часть 3

Первым ему попался строительный раздел. "Надо бы дедушке Уткинсу домик построить, – решил малыш. – Он любит в саду возиться, вот пусть там и живёт". Так как места между деревьями и грядками было немного, Лило решил построить маленький домик, правда, забыл про двери и окна. Зато, сообразив, что дедушка может не поместиться в новых апартаментах, догадался уменьшить старика.

Не зная что делать, папаша Модл стал звать Олли и Тину. Но их дома не было. Только Хрюря появилась и недоверчиво обнюхала постройку. Обежав вокруг и несколько раз чихнув, собака увлечённо принялась рыть.

Хорошо, что "домик" был без фундамента. Вскоре образовался подкоп, и из лаза появился крошечный папаша Уткинс. Он был не больше ежа, если поставить того на задние лапы.

Увидев Лило, Уткинс побагровел, засопел и попытался схватить хворостину. Хворостина смотрелась в его руках как оглобля и, перевешивая, тянула в сторону. От этого малышу стало ещё страшнее. Опешивший Модл отпустил его ухо. Лило подпрыгнул и опрометью бросился вон со двора.

В это время Олли вместе с Тиной возвращались домой из Нового Хойбилона. С делами на сегодня было покончено, а денёк выдался на удивление ласковым и сулил тихий тёплый вечер. Поэтому решили не пользоваться переходом, а прокатиться на бричке. Тина напевала песенку, а Олли слушал её хрустальный голосок и жмурился от удовольствия.

Не прячь глаза, не отводи

Очей костёр зелёный.

То, что живёт в моей груди

Не знает слова "уходи",

Желая пасть в их омут,

Мечтает плыть в их глубине,

Резвясь в бездонном море.

Ты только, солнце, не грусти

И сердце к счастью отпусти,

Беда твоя – не горе.

Пусть я недолго был с тобой,

Но в трудные минуты

Я буду рядом. Твой покой

Оборонят от стужи злой

Судьбы моей маршруты.

Верь, как для неба края нет

Душе, что песнь слагает,

Так тесен будет целый свет

Тем, кто сквозь утренний рассвет

Тропой любви шагает.

Не удержать их, не пресечь

Пути завесой тленья.

Им проще будет в землю лечь

И целым миром пренебречь,

Чем выдержать забвенье.

Закончив последний куплет и собираясь вновь его повторить, Тина обернулась к Олли, но заметила в лазоревом небе быстро приближающуюся Хрюрю.

– Хозяин! – выпалила крылатая собака. – Уткинс стал малюсенький! Гав!

– Что, в детство впал? – не понял Виндибур.

Он представил, как почтенный тесть ползает на четвереньках и, пуская слюни, играет в деревянные куклы.