Далеко от неба

Снова кто-то хихикнул.

– Дальше пишите: «Встретив Василия Боковикова, находящегося в нетрезвом состоянии, пытались мирно разойтись по своим направлениям, а он стал по одиночке жестоко избивать каждого». Если напишите, что сопротивлялись все вместе, у суда могут возникнуть вопросы. Понятно?

Все дружно закивали головами.

– В подробностях каждого индивидуального избиения не ограничиваю, но за достоверность будете нести персональную ответственность. И еще – отыщите свидетеля, который видел все это в подробностях.

Тоже понятно?

Снова все дружно кивнули.

– Писать без ошибок, обстоятельно. Чтобы у следствия не появилось ненужных дополнительных вопросов. Тому, кто не справится с заданием, бюллетень не будет оплачен. Так? – Чикин внимательно посмотрел на главврача.

– Вообще никакого бюллетеня не выдадим, – торопливо согласился главврач.

– Ладушки, – одобрил Чикин.

Он закрыл папку, поднялся.

– Заявления соберешь и ко мне. Отметим это дело, – сказал он главврачу и двинулся к выходу.

– Без проблем. А дело какое? – засуетился тот и, забежав вперед, открыл Чикину дверь.

– Хотели, как всегда, а получилось еще лучше. Проследи тут за ними, чтобы трепу лишнего не было.

Чикин и врач пошли по коридору к выходу.

Тут же из комнатушки напротив палаты выскользнул Тельминов и, осторожно открыв стволом карабина дверь, вошел внутрь и уселся на тот же стул, на котором только что сидел Чикин. Внимательно оглядел каждого находившегося в палате и тихо сказал:

– Первое, о чем категорически советую иметь в виду.

Если с моим другом Василием Боковиковым что-нибудь случилось или случится нехорошее, предупреждаю один-единственный раз: открываю огонь на поражение. Во всех вместе и в каждого по отдельности. Поимейте в виду, справка из областного психдиспансера освобождает меня от всякой ответственности за ваше поганое здоровье.

И второе. С настоящего момента вплоть до полного выяснения всех обстоятельств убийства Ивана Боковикова и прочих криминальных событий последнего и предпоследнего времени, раз вы, сволота, предела знать не желаете, объявляю вам всем вместе и каждому по отдельности беспощадную войну.

У нас в поселке теперь поп имеется, советую сходить и во всех грехах покаяться. Помирать легче будет. Уяснили? А пахану своему передайте: нас уже вполне достаточно, чтобы ему яму вырыть.

– Во чешет! – вроде как даже восхитился Степка Добрецов, поднимаясь со своей койки. – Крепко тебе, Тельмяк, в психушке мозги подкрутили.