Время новых дорог

– Убеждал меня, что отказ от этого проекта был преступлением. И значит то, что произошло, – Пустовойт сильно хлопнул ладонью по портфелю, в который спрятал фотографии, – не стихийное бедствие, а результат действий с заранее обдуманными намерениями.

– Пусть попробует доказать!

– Ты прав, данных у него пока маловато. В принципе – только идея. Но поскольку участок Голованова числится в разработке, и второй год подряд мы пишем на него полное финансирование и оборудование, на днях он собирается смотаться туда и разобраться на месте.

Нетребко плюхнулся в свое кресло и затравленно уставился на Пустовойта.

– Что ты предлагаешь? – прохрипел он.

– Не знаю. – Пустовойт больше не опускал взгляда. – Посоветоваться приехал.

– Сволочь! – вдруг взорвался Нетребко. – Какая сволочь! Я его из прорабов вытащил, из дерьма. Помнишь их СМУ? Плюнуть не на что было. Он что, не понимает, что у нас сейчас происходит? Это же государственная задача – иностранные инвестиции. Задницу каждому япошке вылизываем.

– Не только япошке, – хмыкнул Пустовойт.

– Да кому угодно! Пусть только раскошеливаются. Да если он только заикнется, их туда больше калачом не заманишь.

– Не заманишь.

– Копать начнут!

– В обязательном порядке.

Поддакивая собеседнику, Пустовойт с нетерпением ждал, когда тот заговорит о главном. Не будет же он еще бог знает сколько мусолить обоим им безо всяких слов понятные последствия нерасчетливой самодеятельности только что назначенного начальника Управления.

«Привык со своими дерьмократами язык чесать по любому поводу», – зло подумал он и сделал вид, что поднимается.

– Сиди! Ты хоть понимаешь, чем это может обернуться?

Пустовойт молча смотрел на игравшего желваками заместителя министра. «Давай, давай, телись, – мысленно подгонял он его. – Ты мне только сформулируй, остальное уже моя забота».

Словно невзначай он дотронулся до своего портфеля, где лежал давно уже включенный чуткий магнитофон.

– Я имею в виду для нас с тобой обернуться. Лично.

«Вот мудак», – устало подумал Пустовойт, а вслух сказал:

– Я, лично, только исполнитель.

Лицо Нетребко побагровело.

– Слинять надеешься? Исполнитель, говоришь? Я ведь, Боря, не дурак, как ты, наверное, думаешь. Свой не свой, а на дороге не стой. Учет и контроль не коммунисты придумали. Доверяй, а проверяй.

– Полностью согласен. Придерживаюсь, можно сказать, тех же самых принципов.