Бугорландские Хроники

Мудрец же, в свою очередь, тоже давать бесплатно советы ни кому не собирался. Поэтому найти общий язык с местными жителями за все эти годы Али ибн Лура так и не сумел. Единственно кого он еще мог терпеть в этом государстве, так это как раз членов государственного совета. Короля и королеву он терпел за то, что те платили ему ежемесячное жалование, причем весьма приличное жалование. По крайне мере по бугорландским меркам. А Тортенсон, как человек военный, ни когда, ни каких вопросов ни кому не задавал, он привык только отдавать и исполнять приказы.

Всех же остальных жителей Бугорландии Али ибн Лура ненавидел лютой ненавистью. А те, в свою очередь, всё ни как не могли понять, за что на них так сердится королевский мудрец. И при встрече с ним, каждый раз интересовались – «Как ваше здоровье?» Или – «Какая сегодня чудесная погода, не правда ли?» Чем еще больше выводили мудреца из душевного равновесия. И тогда он начинал что-то громко орать на своем родном, непонятном бугорландцам, языке и сильно топать при этом ногами.

В особо крайних случаях он даже рвал на себе свою седую бороду. Изредка это помогало ему успокоиться.

Но вернемся к нашей телеграмме и прерванному ею чаепитию. В малочисленности бугорландского общества были и свои преимущества. Всегда можно было собраться обсудить какой-нибудь важный государственный вопрос просто так, за чашкой чая или за партией в преферанс. Решать государственные дела в неофициальной дружеской обстановке было очень выгодно и в том отношении, что в стране не нагнеталась раньше времени нездоровая политическая обстановка, и среди мирного населения не возникала, опять же, раньше времени особой паники.

Тем более, что в такой вот неофициальной обстановке в Бугорландии обсуждались в основном всевозможные домыслы, сплетни и слухи. Потому, что других, более важных вопросов в Бугорландии не было очень и очень давно. Вот и сейчас все заинтересовались содержанием телеграммы просто так, от скуки, поскольку больше обсуждать было просто нечего.

Сначала слово взял словоглавнокомандующий всем Бугорландским войском – Тортенсон, который тут же заявил, что все это происки врагов. Но что это были за враги, и, в чем именно заключались их происки, главнокомандующий ни чего вразумительного пояснить не смог. Сильно разнервничавшись, Тортенсон выскочил из-за стола, и принялся ходить из угла в угол, громко выкрикивая при этом:

– Это не ест карашо, ошень не есть карашо. (Тортенсон тоже был не местным жителем.