Книга пятничных рассказявок. Синий том

– А чё это вы тут распоряжаетесь, а? Мой газон, между прочим. Хочу – вытаптываю. Хочу – заасфальтирую. Ишь, приехал он тут. Ёлку припёр и думает, что всё можно.

– Ну зачем же кричать, милая графиня? Я со всей душой, с серьёзными намерениями. А ты орать.

– Мой замок! Хочу ору, хочу выгоню. С намерениями он. А меня спросил? Я, может, в монастырь собралась, некогда мне. Тоже мне, красавец выискался.

– Да вот, выискался, – барон топнул ногой. – Замуж пойдешь?

– Вот прям щаз! Разбежалась. И без тебя женихов хватает.

Нордмульский с укоризной посмотрел на графиню. Вся округа знала, как последнего рискнувшего посвататься Зюйдмарская в дурном расположении духа выкинула в крепостной ров.

– А я особенный.

– Да уж прям.

– Да уж вот, – передразнил барон графиню, – сил нет смотреть, как ты тут страдаешь. Тридцать котов завела. Замок запустила. Газон опять же…

– Хамло! Да знаешь, где я вас, мужиков, видала? К газону он моему прикопался. Пошел вон!

– Ах так?

Барон стукнул по столу рукой.

– Да, вот так!

Графиня показала ему язык.

– Всё, с меня хватит.

Нордмульский подскочил к Зюйдмарской, схватил её и закинул на плечо.

– Что ты себе позволяешь? Поставь меня немедленно!

– Тихо! – барон легонько шлёпнул её чуть пониже спины, – спальня где?

– По коридору, третья дверь налево, – еле слышно ответила графиня.

Барон не спеша двинулся в указанном направлении, стараясь не растрясти ношу. Графиня не могла придумать, что ей делать в этом глупом положении, а дворецкий спрятался за портьерой и молился святому Женуарию, покровителю брака и деторождения.

На следующее утро графиня вышла в зал и встала у окна, разглядывая двор замка.

– Сделай-ка мне чаю. И булочку, маленькую, – махнула она рукой дворецкому, на секунду задумалась и добавила: – Скажи стражникам, пусть споют чего-нибудь. Весёленького.

Дворецкий, пряча улыбку, побежал выполнять поручение. Графиня нахмурилась.

– А ведь действительно, газон ужасно смотрится.

На улице послышались возгласы и радостные крики. Грохнула хлопушка, и стража затянула марш Мендельсона «а капелла». Графиня улыбнулась и, не дожидаясь чая, пошла за стремянкой – нужно было достать с антресолей коробку с ёлочными игрушками. Зайка-барон совершенно не умел красиво наряжать новогоднюю ёлочку.

Постновогодняя рассказявка

Первого января, ровно в два часа дня, в дверь позвонили.