Побочный эффект

– Когда редко выезжаешь за пределы Москвы, другие города начинают казаться чем-то не очень реальным, – непонятно к чему сказала она. – Там жизнь совершенно другая.

– Ты мне это рассказываешь? – усмехнулся Олег. – Я всю жизнь прожил в этой нереальности.

– Да… – вздохнула кузина и предложила: – Пойдем в мою комнату, посмотрим что-нибудь по телику. Хочется информации и каких-нибудь новостей.

Забрав с собой продукты и выпивку, они перебрались в Шерсткину комнату. Обстановка здесь была более чем скромной – шкаф, телевизор, кровать, низкий столик, сидеть за которым приходилось прямо на толстом бордовом ковре.

Остальное место вдоль стен занимали полки, заставленные скульптурами. Шерстка не ограничивала своих фантазий. Олег окинул взглядом шеренги причудливых тварей: рыбу с аквариумом вместо туловища; тело женщины, сплетенное из клубка змей; мужчину с половым органом вместо головы; детишек-роботов; задумчивого юношу, сидящего на цепи возле дома; собаку, больше похожую на решетчатую ограду.

– И откуда ты такую бредятину придумываешь? – в который раз восхитился Олег.

 – Круто!

– А чего тут особенного? Она сама мне в голову лезет. Только успевай шлепать.

Шерстка взяла пульт и включила телевизор.

– О, как раз ночной выпуск! – обрадовалась она. – Может, повторят про планету.

Диктор говорил о проблемах, связанных с сокращением ядерных вооружений.

– Когда-нибудь это сокращение нам выйдет боком, – буркнул Олег.

– Тебе не все равно? – удивилась кузина. – К твоему мнению точно никто не прислушается, так что расслабься.

Политика вредно влияет на кровяное давление. Особенно под коньяк.

– Это не политика. Если нам, не дай бог, что-то или кто-то начнет угрожать из космоса, мы еще вспомним эти уничтоженные ядерные заряды. Вот ты говоришь, открыли планету. А вдруг она обитаемая?

– Ты точно ненормальный. – Девушка долила в бокал коньяку. – Можно подумать, ядерные хлопушки помогут нам справиться с существами, преодолевшими бездны Вселенной. Не смеши меня.

– Водородная бомба – это хоть какой-то ответ.

– А смысл?

– Ты женщина. – Олег выпил и закусил бутербродом. – Тебе не понять, что значит жажда справедливого возмездия. Я вот никогда не мог понять, почему в концлагерях люди строем шли в печи крематория вместо того, чтобы попытаться всей толпой прорваться через ограждения, перебить охрану и сбежать. Какая разница, как умирать? А так есть хоть мизерный, но шанс.

– Всегда есть разница, как умирать, – сказала Шерстка.