Пять с половиной подвигов

– Тогда ты прыгай! – толкнул Уховёрт Вегрика.

– Куда ж я прыгну?! – развел руками сапожник. – Я в латах! Потону сразу!

– А я плавать не умею! Вот проклятье! – сокрушался старик.

Несчастный Афафаль меж тем трепыхнулся несколько раз и скрылся под водой.

– Ну, пожалуйста! Прыгни! – взмолился старик. – Вот, держись за верёвку! Ты, главное, ухвати его под водой, а я вас обоих сразу вытащу!

«Прыгай! Не страшись!» – проговорил тут Корпус.

– Да что же это такое?! – возмутился Вегрик. – Ты ещё откуда взялся на мою голову?! Весь день молчал, а теперь объявился!

– Прыгай скорее! – уговаривал Утопий.

 – Иначе пропали наши ночлег и ужин!

– Ах, будь она неладна! – выругался сапожник, и обмотал конец верёвки вокруг запястья.

«Во славу Сияющих Чертогов!» – провозгласил Корпус.

Тут же забрало шлема захлопнулось, латная перчатка плотно сжала верёвку, и ноги сами выбросили Вегрика с плота. Брызги разлетелись в стороны. Сапожник едва успел набрать в грудь побольше воздуха, как пошёл на дно. Смастеренный Утопием плащ отвязался и уплыл по течению.

Вегрик быстро погружался, и зеленоватая вода вокруг становилась темнее, начинало закладывать уши. «А хватит ли у старика сил меня вытащить? – волновался сапожник. – Ведь на мне железа пуда два! И зачем я только прыгнул?!»

В водяной мути впереди появилась тень большой рыбы. Длиной она была чуть ли не с двух людей. «Ишь какой сомяра! – подумал Вегрик. – Пудов на десять, должно быть, потянет!»

Рыбина развернулась и двинулась к сапожнику, разевая пасть, усеянную мелкими зубами, по обе стороны которой свисали длинные усы.

Вегрик поклясться был готов, что глаза у этой твари человечьи, и, вроде бы, даже нос есть, как у людей. Не успел он сообразить, что происходит, как его левая рука резким движением ухватила рыбину за морду. Та замотала головой, вырвалась и скрылась в толще воды. В латной перчатке остался лишь кусок её уса.

«Прости меня, Сияющее солнце! Мы его упустили!» – горестно воскликнул Корпус.

«Кого?» – не понял Вегрик.

«Водяного демона, разумеется»

От мысли, что Корпус собирался драться под водой с мерзкой рыбиной, сапожника передёрнуло. Слава Богу, эта здоровенная гадина успела уплыть!

Вегрик брезгливо выбросил склизкий рыбий ус и подумал, обращаясь к Корпусу: «Пропади он пропадом, этот речной дух! Нам хотя бы недотёпу спасти».

«Спасём по милости Владыки!» – заверил его шлем.

Сапожник чувствовал, что воздух в лёгких заканчивается. Ноги его упёрлись во что-то твёрдое.