Пять с половиной подвигов

– Ох ты, Боже мой! Давно ль ты рыцарем стал?!

– Кто в доспехах – тот и рыцарь!

После непродолжительного спора сапожнику удалось-таки убедить Утопия, что латник, убирающий за свиньями, вызвал бы подозрение.

– Раз ты насчёт работы договорился, так поди и сделай её! – сказал Вегрик.

Пуп в это время бегал по травке, ловил кузнечиков.

– Хорошо, – поморщившись, согласился Утопий. – Тогда ты займёшься мальчиком. Поблизости живёт сердобольная женщина – она принимает сироток. Вот и отведи к ней Пупа!

Вегрик взглянул на мальчишку.

– Мне в той каменной дырке вкусные пироги давали! И кузнечики тоже вкусные!

Сапожник помотал головой. Сам-то он в детстве с голодухи тоже кузнечиков ел, но только ножки, и обжаривал их сперва. А этот малец определённо вызывал у него отвращение пополам с жалостью.

– Ладно, – кивнул Вегрик. – Отведу. Что мне, трудно, что ли?! Куда вести-то?

Утопий указал на восток от деревни:

– По той дороге через лес.

***

– Когда придём, ты первым делом поздоровайся с доброй тётей и поклонись, – учил Вегрик Пупа. – Если будешь вести себя хорошо, она станет тебе мамой.

– А мамка кем тогда станет? – спросил мальчик.

– Никем не станет.

– А сестрёнка?

– Сестрёнка так и будет сестрёнкой. Когда подрастёшь, отыщешь её.

– А братишки?

– И братишки тоже останутся. Тебе только надо будет их потом разыскать.

– А дядя Какан?

– Чёрт его знает, кем станет твой дядя Какан!

– А угольщик Руй? Кем он станет?

– Бургомистром!

– А я? Кем стану я?

– Свиньёй шелудивой! – вскипел Вегрик, которому порядком надоели эти дурацкие вопросы. – Иди-ка ты молча! И помни, что я сказал: первым делом поздоровайся и поклонись!

– Есть хочу, – вздохнул Пуп.

Эти слова до того надоели сапожнику, что он хотел уже дать парню подзатыльник, но Корпус остановил его руку.

«Что же ты делаешь, брат?! – проговорил шлем.

Вегрик вспомнил, сколько затрещин самому доставалось в детстве, и ему стало стыдно. И правда, сирот обижать нельзя. Он поглядел на мальчишку с сочувствием. «До чего ж тощий! – подумал сапожник. – Такого-то и не возьмут, пожалуй, в приёмыши. Хорошо, хоть отмыли его».

***

Дом стоял на поляне посреди леса. Странное место для жилья. Ни полей рядом, ни огорода, ни хлева для скотины.