Законник

В мгновение ока он забросил её на шею бандита и, резко дёрнув на себя, туго затянул.

Чёрный медведь слез, наконец, с Хорнета и махал руками, не давая Танго приблизиться к нему, и пытаясь снять петлю с шеи. Бандит изрыгал страшные проклятья на каком-то неизвестном законникам языке. Казалось, что от его слов пожар в храме становился всё сильнее.

Обмотав верёвку вокруг запястья, Фобос спрыгнул с перекладины, но его веса было мало для того, чтобы вздёрнуть Чёрного медведя, и законника потянуло наверх.

– Нет-нет-нет, – забормотал он, отчаянно бегая взглядом по комнате.

Но что-то резко потащило его вниз, да так резко, что кости едва не выскочили из суставов. То был Хорнет, обхвативший законника на ноги и навалившийся всем весом. Фобос присмотрелся к бледному лицу командира. Вместо правого уха у него была отвратительная кровоточащая рана.

Чёрный медведь захрипел и задрыгал ногами. Танго тут же подпрыгнул к повешенному бандиту и стал наносить точные удары ножом.

– Получай, сука! – в исступлении кричал Орвис.

Лужа крови стекала под ноги к бандиту, всё ещё боровшемуся за свою жизнь. Да когда же он издохнет?!

Огонь был уже на лестнице. Крыша в некоторых местах рухнула, пылая. Фобос увидел огонь над своей головой и посмотрел на бандита. Тот не дёргался. Законник мягко отпустил верёвку, и туша мёртвого Чёрного медведя рухнула в лужу его крови и мочи. С этим покончено.

Законники втроём подхватили огромное тело Чёрного медведя и прошли к окну в стене, слабо охваченной огнём.

Они пробили витраж головой мертвеца и, выбив несколько досок, выкинули труп бандита наружу.

– Прыгаем? – спросил Танго, глядя в окно, после чего его лицо исказил смертельный ужас. Фобос взглянул на то, что так напугало Орвиса.

Тело Чёрного медведя, едва достигнув земли, сделало кувырок, после чего поднялось на ноги и побежало в сторону прерии.

– Времени нет, – хрипло пробормотал Хорнет, вылез в окно и прыгнул. За ним последовал Танго. «Это лучше, чем сгореть заживо», – подумал Фобос и прыгнул за ними.

Он грамотно приземлился, но всё же боль от удара о твёрдую землю обожгла его ноги. Лёгкие, наполненные дымом, горели. В глазах потемнело.

Тут же Хорнет рывком поднял фронтмена и что-то рявкнул. Фобос увидел лежавшего на земле Одноногого, ползущего к своему ружью, и убегающего в сторону леса Чёрного медведя с деревянным протезом ноги в руках.

– Сукин сын, – бросил Танго и, не выдержав, рассмеялся.