Литературный оверлок. Выпуск № 3 / 2018

За высшей благопристойностью часто скрываются гибельные язвы. Пришлось бы выбирать: либо приспособиться, либо уйти. Первое он не считал возможным, а второе… Зачем создавать себе условия для поиска места, если таковое он уже занимает?

Куда ни пойди, всюду видишь увечье, телесное и душевное. И далеко не всегда возможно помочь, облегчить страдания человеческие. А сколько тайно страдающих вокруг? Взять Анастасию Ляхову. Сколько тому лет, как она обособилась от людей, замкнулась в себе? Потерял к ней ключ отец Александр.

И не может отыскать. А ведь была она истинно верующей, и людей не сторонилась, несмотря на давнее горе.

…Время разобщения…

Растут разногласия. Даже внутри формально однородных церковных общин не терпят инакомыслия. Теряется индивидуальное восприятие Откровения, на котором и стоит истинная вера.

Более других из современников привлекал его образ мышления Александра Меня. Чувствовались широта и свобода, могучие попытки освобождения от стереотипов.

Он сроднился с ним за долгие вечера заочного знакомства. И склонялся к мысли, что даже отец Александр Мень, писавший под именем Эммануил Светлов, не говорил всего, что думает; не знал, как выразить то, что жжёт сердце и гложет мозг невысказанностью.

Религия одна, ибо един Бог! – вот первая истина, к которой он пришёл, изучая ислам, индуизм, иудаизм, сравнивая их положения с основами христианства. И твердо понял: у христианина нет преимуществ перед мусульманином, как и у мусульманина перед христианином.

Все мировые религии, – равновеликие пути к одной цели.

Непогрешимы священные тексты. Но переводы с языка на язык делаются людьми. Люди имеют право на ошибку и иногда эксплуатируют это право.

Широк спектр человеческого искания истины, к каждому сердцу пролегает отдельная тропа. Крепко запал в память отца Александра случай с Захаром Беркутовым. С первого дня прибытия Владимира Сергеевича Завьялова в Боровое они понравились друг другу и подружились.

Захар Петрович тянулся к правде, искал свой путь в жизни. С легкой руки Владимира Сергеевича заинтересовался Ветхим и Новым заветами, с удовольствием знакомился с книгами, которые предлагал отец Александр.

И вот однажды, после прочтения одного из трудов протоиерея Александра Меня Захар Петрович пришёл весь взбудораженный, с двумя книгами в руках. Он сравнил перевод одного места пророчества Исаи и в синодальном изложении и в переводе Меня.