Пунитаялини

"Осознаешь ведь, что просто воруешь – изобретательно, правда, но – воруешь у мужчин?!" Пунита тряслась. Ерзая, ласкаясь, целуя, она изловчилась, забралась на член. "Ох, какой же он хорошенький. Я полюбила его еще издали", – бормотала, насаживаясь, какую-то ересь, и застонала, закрывая и раскрывая глаза. В то время как Джо всего лишь добивался ответа на простейший вопрос: как долго такое может продолжаться? "Что?.. Я не знаю, не знаю я, – бормотала Ялини, а потом, содрогаясь всем телом, выкрикнула что-то вроде, – Пусть это длится вечно!"

5.

 Вперед, в секс-шоп!

Ночь прошла безумно. Стояла полная луна – они не закрыли жалюзи – и освещала комнату своим колдовским светом. Стоило ему, отдыхая от ласк, глянуть на её тело, как всё у них начиналось заново. Джо шептал, как глупо, пошло, порочно проходила ее жизнь. Пунита злилась, юлила, дрожала, подбираясь. Умоляла «войти» или, сама, «вскочив», уносилась куда-то. Там, гарцуя на своем горячем жеребце, металась по краю обрыва, заглядывала в пропасть, разметав, как ведьма, волосы, блестя грудью, сверкая безумными изумрудными глазами на раскрасневшемся лице.

Смеялась, стонала и кричала от наслаждения.

Проснулись поздно. Утро действительно выдалось солнечным, но каким-то быстротечным. Вспоминал прошедшее. Бросил взгляд на часы. Полдень! «Страшно хочу есть», – потянувшись, прошептала Ялини и перекатилась через него, полетела к окну. Там, прогнувшись и глянув игриво (Это ни к чему; хотя нет, пускай), перевернула рюкзачок, выудила бутылку колы и, из пластикового контейнера – донат.

(Неужели тот самый?) «Хорошо, что я его прихватила. Воспользовалась твоей неземной добротой, – улыбнулась признательно. – А то бы мы умерли с голоду». (Мы?) Переломила пополам, протянув половинку своему мужчине. (Не дура. И шустрая, чертовка. Цыганка. Но зачем так влюбленно глядеть?)

Доедая и облизываясь: «Миленький, можно я быстренько заскочу в душ, а ты потом подтянешься?» – «Валяй», – пробормотал добродушно.

(Дверь в ванную оставила приоткрытой. Искусительница). Вышла голая, с полотенцем на голове. Джо почему-то чуть не прыснул со смеху. Отвлекаясь от глупостей, брякнул невзначай, необдуманно: «У нас теперь море наручников. И что же делать с этакой бессмыслицей, спустить в унитаз?» Она, влезая в джинсы уже, вдруг затряслась, повернулась, уставилась на него с отчаянной тоской. «Я сказал что-то не то?» – «Сраные железки…» – «И что? Пустая дрянь, конечно.