Все звёзды и клыки

Некоторые из них облегченно вздыхают.

Я осторожно смотрю на отца из-под ресниц. Он еле заметно кивает, и я расслабляюсь, понимая, что успешно прошла первую часть испытания. Я выбрала нужного человека, а значит, пришло время продемонстрировать физическую сторону моей магии.

– Как тебя зовут? – спрашиваю я, доставая кинжал из ножен и отрезая прядь его волос.

Голос мужчины звучит так хрипло, что он практически выкашливает ответ:

– Аран.

– Аран, – эхом повторяю я. – Я заглянула в твою душу и нашла там не только абсолютное разложение, но и наслаждение, с которым ты сеял хаос и боль.

Ты не раскаялся в преступлениях, что привели тебя сюда, и я не вижу ни единого шанса на искупление.

По моей спине пробегают мурашки, когда он отклоняет голову назад и улыбается. Я стараюсь не размышлять о том, кого он убил, или о его семье, которая, возможно, находится среди зрителей. Как будущая королева, я не могу жалеть эту семью, и они об этом знают. Арану точно не было жаль семьи его жертв.

Тишина становится все более напряженной, и я стараюсь успокоить свое дыхание. Затем я чиркаю кремнем, и в яме между нами разгорается пламя.

– Хочешь сказать что-нибудь напоследок?

Аран плюет мне под ноги, но я даже не вздрагиваю. Я оборачиваю отсеченные волосы вокруг зуба из моей сумки и прохожусь по нему ногтями. Челюсть мужчины дергается, и он инстинктивно проводит языком по верхнему ряду зубов. Я вижу, что ему страшно, а это значит – моя магия работает.

– Что ж, – я поднимаю зуб над огнем. – Тогда начнем.

Я бросаю клык в пламя, и мужчина сотрясается в сильной судороге, выплевывая целую лужу крови, в середине которой лежит зуб. Я наклоняюсь за ним, пока обжигающая магия пульсирует в моем теле. Мои силы достигают пика.

Физическая сторона моей магии основана на равноценном обмене. Если я хочу сломать чьи-то кости, сперва мне нужно предложить кость, связанную с частью человека, на котором я собираюсь использовать свои силы.

Сегодня я использую волосы Арана. За каждую отнятую часть нужно платить чем-то равносильным, и поэтому никто не умрет, пока я не использую его кровь.

Я могу убивать его постепенно. Могу сломать одну кость за другой или пустить кровь, пока тело не превратится в пустой мешок.

Но я не получаю никакого удовольствия от этих смертей. Я – Монтара, и это – моя обязанность, иначе зверь внутри меня станет сильнее и попытается вырваться из-под контроля.