За мертвой чертой

Кроме как о коррупции он ни о чём не писал и не один раз рассказывал правду о местных олигархах и их покровителях. Пока его не отдубасили стальной арматуриной прямо на задах собственного дома. С тех пор Черноусов не вылезает из инвалидной коляски, редко покидает пределы своего дома и огорода и толком не владеет ни головой, ни речью. Сами понимаете – какой из него руководитель!?

Бывший корреспондент жил на Амбарной, через три дома от меня. Однажды я помог ему выехать из калитки на улицу, и ещё мы с ним несколько раз беседовали.

Проникшись ко мне доверием, Черноусов рассказывал о «кухне», где варилась наше провинциальное политическое хлёбово.

Именно из его слов я получил первоначальное вполне достоверное представление, какой навар имеет ольмапольская чиновная верхушка от поборов с предпринимателей, и как они распиливают между собой государственные денежки. Какой процент пирога у мэра, какой – у главного прокурора, начальника милиции и их присных, и как одна служба покрывает другую. И в каких случаях используется явно криминальный элемент.

Например, в эпизоде с избиением самого Черноусова.

Не успел тогда мэр Федотов договорить до конца в тесной компании, в присутствии начальника полиции Тюрина, что пора бы и остановить строптивого журналиста, как главный полисмен тут же передал его пожелание одному из своих людей, предназначенных для выполнения заданий подобного свойства. Этот человек перетолковал ещё с кем надо…

В конечном счёте, был использован один отморозок по фамилии Подкорытов, наркоман, замешанный в ограблении трёх человек.

Ему пообещали, что грабежи для него сойдут по лёгкому, если отлупошит одного фраера. И тот отлупошил.

Однако дело, благодаря участию столичных СМИ, приняло громкую огласку. Встав «под ружьё», полиция быстро нашла преступника, хотя по первоначальному замыслу его не должны были найти, и оказалась очень даже на высоте. От грабежей Подкорытова отмазали, за избиение журналиста прокурор попросил не так уж много, суд дал и того меньше.

А спустя месяц, осужденный тихо скончался от передозировки наркотика.

– Журналист, пожалуй, тот человек, который мог бы круто изменить обстановку в городе, – согласился со мной испанец. – А подняться на ноги мы ему поможем. И с головой у него всё будет хорошо.

Вечером того же дня дон Кристобаль отправился к Черноусову. По истечении нескольких часов он вернулся в гостиничный номер.

– И каков кпд вашего визита? – спросил я, едва он переступил порог.