Призраки Туманной Лощины

Да и тот парень, вопли которого разносились по всему дому, кажется, ничего нового тебе не открыл. Мы взяли всё, что могли. Пора сваливать.

Боунз вздохнул и, жестом велев мне следовать за ним, направился к лестнице на второй этаж. Сердце у меня дрогнуло, и я поспешил за старшим товарищем.

Наши шаги глохли в мёртвой тишине, которая окутывала дом. Уже наверху Боунз промолвил:

–Иногда ты поражаешь меня бестолковостью, Джей Би. Парень, которого я кромсал, всего лишь слуга. Он и о тайнике в кладовой ничего не знал.

Другое дело – Амелия. Любимая дочь старика Фрэнсиса должна знать больше.

Он толкнул одну из украшенных резьбой дверей, и мы вошли в девичьи покои. Оставленные мной свечи оплыли и погасли.

Боунз распахнул окно, впустив в комнату рассвет.

Если не обрывков одежды на полу и разорённого туалетного столика, из которого я выгреб украшения, в комнате царил идеальный порядок.

Поза Амелии не изменилась. Голова девушки по-прежнему лежала на плече. Верёвки впивались в тело, едва прикрытое нижней рубашкой из тончайшей ткани, должно быть, того самого заокеанского шёлка, о котором я только слышал, но которого никогда не встречал.

Женщины, с которыми сводила меня судьба, и мечтать не могли о белье из настоящего шёлка.

Пальцы Боунза легли на изящно очерченный подбородок Амелии. Он поднял её смертельно бледное лицо, мотнул из стороны в сторону – голова так же безвольно повисла.

–Ты её вообще допрашивал? – поинтересовался Боунз.

–Я всё сделал по твоему совету, – ответил я. – Сказал, что её судьба решена.

Что вопрос только в том, умрёт ли она быстрой смертью от пули или долгой – от боли и унижений.

Скептическая гримаса исказила волчье лицо Боунза.

–И, конечно, глупенькая девчонка заявила, что ничего не знает?

–Джефф, мы взяли сейф! – воскликнул я. – Все свои богатства Фрэнсис держал там.

–Дурень ты, Джей Би. В сейфе лежал неприкосновенный запас: золотой песок – не самое удобное средство оплаты, и я ни за что не поверю, будто Фрэнсис, заключая сделки, каждый раз лазал туда и отмерял унции.

Мы давно знаем, что в банке он держит тысяч семь-восемь, и я убедился, что это правда, полистав его финансовые книги. Понимаешь? Торговля скотом и всякой мелочью – это для отвода глаз, куда он вкладывал остальные деньги, мы так и не узнали. Но старик должен стоить не меньше восьмидесяти тысяч!

–Что теперь можно сделать? – пожал я плечами. – Джефф, мы и так взяли отличный куш…

Боунз взял со стола кувшин с водой и плеснул на лицо Амелии.