Эхо

– Сто процентов так, – невольно вырвалось у Жань Дундун. – Располагаете ли вы другой информацией, связанной с этим делом?

– Я и так уже достаточно всего рассказала, причем такого, что не имеет отношения к делу.

Итак, ничего нового они бы сейчас от нее все равно не узнали. Когда Шэнь Сяоин уже собралась было на выход, Жань Дундун решила ее снова проверить и предложила:

– Вас подвезти?

К ее удивлению, Шэнь Сяоин тут же оттаяла, ее ничуть не испугала перспектива остаться в машине наедине с Жань Дундун. Она практически молниеносно приняла предложение и при этом еще и расплылась в улыбке.

Жань Дундун села за руль, Шэнь Сяоин устроилась на соседнем кресле. Проезжая мост через озеро, обе они кинули взгляд на отель «Ланьху» – место, где частенько устраивали свидания Ся Бинцин с Сюй Шаньчуанем и где, как подозревалось, тот ее изнасиловал. После того как обе одновременно посмотрели в одну и ту же сторону, Шэнь Сяоин почуяла, что теперь у Жань Дундун появилось психологическое преимущество, но она не знала, что это был тот же самый отель, в котором втихаря от Жань Дундун снимал номер ее муж, Му Дафу.

– Ваш муж тоже изменял? – спросила вдруг Шэнь Сяоин.

Жань Дундун вздрогнула, да так сильно, что, казалось, даже машина дернулась. Оставив вопрос без ответа, она поинтересовалась:

– Почему вы спрашиваете об этом?

– Судя по вопросам, что вы задавали, я поняла, что изменял.

– Вы слишком самоуверенны, – откликнулась Жань Дундун.

– Кто тут самоуверен, так это вы, – произнесла Шэнь Сяоин. – Вы никому не доверяете, подозреваете всех подряд и вообще переоцениваете свои способности. Все происходящее вы считаете не иначе как «заговором», поэтому относитесь ко всем слишком настороженно и даже враждебно. Еще при первой нашей встрече мне показалось, что вы страдаете паранойей, и сегодня я в этом лишний раз убедилась. К чему женщине так рвать себя на куски? Так и в психушку загреметь недолго.

Жань Дундун не могла не восхититься ее проницательностью, но, не желая, чтобы над ней одержали верх, спросила:

– Так вам и правда все равно, что Сюй Шаньчуань изменяет?

– Я давно уже отношусь к этому спокойно.

– Это все равно что качаться на доске: не может быть, чтобы вы позволили ему спокойно перевесить доску. Ваши семейные качели выглядят вполне уравновешенно, это значит, что лично вы наверняка храните какую-то большую тайну, которую я еще не разгадала.