Непрожитое детство

И даже мороженщик с сладкими шариками не смог развеять их уныние. Они слизывали холод, надеясь, что кто-то выглянет из дверей и позовет их обратно.

Лениво проползли десять, незаметно подкрались пятнадцать, надвинулись двадцать минут, но никто так их не окликнул. Екатерина остановила пролетавшее мимо такси: ей надо было отвезти Женю в интернат, а самой заняться импортом московской няни.

Об Игоре так и не вспомнили. Никто не принес ему гостинцев и не накрыл одеялом. Он лежал один и знал, что Эльза пришла в себя…

А не выпить ли нам?

Пока Екатерина ехала домой, ее не покидало волнующее чувство, что за ней следят.

Она представляла, как ее голова эффектно повернута на фоне заката, точеный профиль, развевающийся шарф… Некто Х следит за красивой дамой, и, конечно же, его появление ознаменуется фанфарами клишированного геройства или неожиданной гибели – в общем, чем-то значимым. Тайна…

Впрочем, вскоре предчувствие опасности ей надоело. Зная собственную фантазию, способную возвести вавилонскую башню из мелочи, неряшливой случайности, Екатерина постаралась успокоиться.

Она посетовала, что пожадничала и не купила у фарцовщика дорогие и противозаконные заглушки мыслей, чтобы никто не мог подслушать, о чем именно она думает. Но, в общем, ничего крамольного в ее размышлениях не было, чтобы так рисковать, резонно заметила адвокатесса. «Итак, Эльза пришла в себя. Но мне с Женей не дали с ней поговорить. Дети и приемные родительницы явно что-то скрывают. Вынесен нелепый в своей мягкости приговор. Судья тоже темнит. Или… В общем, надо съездить к приемным родительницам. Они должны испугаться, что очнувшаяся Эльза расскажет правду. Но сегодня хороший день и можно отправиться к Саше и выпить шампанского», – неожиданно заключила Екатерина и сделала радио громче. Там повторяли рекламу нового агентства путешествий с дурацким названием «Игры разума». Бюро могло отправить клиентку в любой уголок мира прямо из кресла офиса. Предлагалось также досконально воссоздать дорогие заказчице воспоминания. Не так, как самостоятельно могла это сделать усовершенствованная особь, а совсем отчетливо – с запахами, вкусами, тактильными ощущениями. Екатерина зафиксировала в карте своей памяти номер абонента, она очень любила вспоминать, как они познакомились с Александром. Пятнадцать лет назад, танцуя посреди гостиной у друзей, она привлекала всеобщее внимание.