Библиотека в Париже

Ее губы шевельнулись, собираясь что-то сказать, возможно: «Как у вас мило», как сказали бы другие леди, – но потом ее челюсти крепко сжались.

– Добро пожаловать, – произнесла мама, подавая на стол блюдо с шоколадным печеньем.

Я жестом пригласила нашу соседку сесть. Мне и себе мама поставила простые кружки, а миссис Густафсон – свою любимую чашку. Я наизусть знала ее историю. Много лет назад, когда миссис Иверс отправилась в Англию на экскурсию по замкам, папа дал ей денег, чтобы она купила для мамы красивый фарфоровый сервиз.

Но фарфор был очень дорог, и миссис Иверс вернулась с одной только чашкой и блюдцем. Боясь, что фарфор может разбиться, она все время трансатлантического перелета держала чайную пару на коленях. И мне казалось, что тонкая чашка, разрисованная изящными голубыми цветами, явилась из каких-то лучших мест. Более утонченных. Как миссис Густафсон.

Мама разлила чай, и я нарушила молчание:

– Что самое лучшее в Париже? Правда ли, что это прекраснейший в мире город? И каково это – вырасти там?

Миссис Густафсон ответила далеко не сразу.

– Надеюсь, мы вас не слишком утомляем, – негромко произнесла мама.

– В последний раз мне задавали разные вопросы, когда я устраивалась на работу во Франции.

– Вы волновались? – тут же спросила я.

– Да, но я выучила все книги наизусть, пока готовилась.

– Это помогло?

Она печально улыбнулась:

– Всегда есть вопросы, на которые ты не готов ответить.

– Лили не станет задавать такие вопросы.

Мама обращалась к миссис Густафсон, однако ее предостережение касалось меня.

– Что самое лучшее в Париже? Это город читателей, – сказала наша соседка.

Она пояснила, что в домах ее друзей книги были так же важны, как мебель. Она проводила летние дни, читая в зеленых городских парках, потом, когда с приближением холодов пальмы в горшках в таких местах, как сады Тюильри, уносили в оранжереи, она всю зиму сидела в библиотеке, устроившись у окна с книгой на коленях.

– Вы любите читать?

Мне самой всякая английская классика, которую нам задавали читать, казалась скучнейшим делом.

– Я живу ради чтения, – ответила она. – В основном читаю исторические книги и о современных событиях.

Это выглядело таким же веселым, как наблюдение за тающим снегом.

– А в моем возрасте вы чем занимались?

– Я любила романы вроде «Таинственного сада». А новостями интересовался мой брат-близнец.

Близнец. Мне хотелось спросить, как его звали, но миссис Густафсон продолжила говорить.