Поддаться искушению

Пытаясь избавиться от мучительных воспоминаний, она снова посмотрела на Эйдана. Он не хочет никаких объяснений. О чем же с ним говорить?

Он повернулся к ней:

– Я попрошу, чтобы мне позвонили, когда будут готовы тебя выписать. А пока мне надо заняться кое-какими делами.

И Эйдан вышел.

Эмма ела, пила и выполняла все предписания врачей. В какой-то момент ее охватила паника, и она подумывала изобразить потерю сознания, лишь бы не оказаться наедине с мужчиной, который был очень похож на того Эйдана Каванаха, которого она когда-то знала.

Но вместе с тем Эмма мечтала выбраться из шумной больницы и вернуться в собственную постель.

После дополнительных анализов, рентгена и измерения давления врачи объявили, что Эмма может быть свободна. Эйдан появился в тот момент, когда она стояла возле кровати и пыталась натянуть порванную одежду.

Он выругался:

– Ради всего святого! Ты же упадешь!

Ее колготки были разодраны. Эйдан выбросил их в корзину для мусора.

– Тебе придется добираться домой с голыми ногами, – сказал он, – но, я полагаю, ты живешь где-то близко?

Эмма кивнула, чувствуя себя униженной оттого, что Эйдан одевал ее, завязывал, застегивал, словно она была беспомощным ребенком.

От него исходило напряжение. Ее голову сжимала пульсирующая боль, но она не собиралась демонстрировать свою слабость перед этим бесцеремонным человеком.

Когда вещи были собраны, пожилая медсестра усадила Эмму в кресло-каталку и кивнула Эйдану:

– Если вы подгоните машину к центральному входу, я встречу вас там вместе с мисс Брейтуэйт.

Эйдан кивнул и исчез.

Эмма с удовольствием прокатилась бы по больнице, посмотрела бы на малышей в отделении новорожденных. Что угодно, лишь бы оттянуть момент истины. Итак, Эйдану не нужна правда. Он уже осудил ее и признал виновной. Он уверен, что она предала его. В пользу Эйдана говорит только то, что улики против нее были убедительными.

На улице дул тот же ледяной ветер, что и накануне.

К тому моменту, как Эмма уселась на пассажирское кресло в модной спортивной машине Эйдана с подогретыми кожаными сиденьями, она уже дрожала. Он схватил пиджак с заднего сиденья и протянул ей.

– Оберни ноги. – Он помолчал, уставившись в лобовое стекло. – Мне нужен твой адрес.

Эмма чувствовала, что даже такой простой вопрос выводит его из себя. Назвав улицу и номер дома, она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Машина пахла Эйданом.