Под маятником солнца

– Всех прихожан? Я полагала, вы – единственный новообращенный.

– Я и есть все. Все значит мы. Мы значит я, – гном принялся жонглировать словами, и его голос угас до едва различимого бормотания. Каламбуры с легкостью приводили мистера Бенджамина в восторг.

– Но я не могу ни проповедовать, ни совершать таинства. Увы, я служу вере не так, как мой брат. Я не священник, – меня тронула очевидная нужда гнома. Я всегда была робким существом, и даже в детстве доверяла Лаону говорить вместо меня, поэтому едва поверила ушам, когда мой собственный голос добавил: – Но я могу помолиться с вами.

Несмотря на мысли о приключениях, я не забыла миссионерской цели брата. Он – вернее, мы – здесь ради того, чтобы обратить даже подобие души, которое есть у фейри, к служению Господу.

Великий труд, хотя я и не мыслила себя его частью.

Но вот я в Аркадии, и гном ведет меня в часовню.

– Часовня в саду, – произнес он, оглядываясь. – Так пожелал преподобный Рош.

Следуя за мистером Бенджамином, я могла думать лишь о том, что он еще ниже ростом, чем казалось поначалу.

И что подошвы его босых ног невероятно грязные.

Гном провел меня через полдюжины коридоров, от которых уже начинала кружиться голова. Они словно закручивались в спираль. Наконец мы достигли просторного внутреннего двора.

Подняв взгляд, я увидела голубое небо, окруженное высокими каменными стенами. На меня взирала вся история оконного мастерства – от крошечных витражей до искусно выкованных решеток.

К дальней стене была пристроена небольшая кирпичная часовня.

Приземистая и совсем неэлегантная, она чем-то напоминала церковь моего отца в Бердфорте. В углу двора притулилась колокольня, которая казалась совсем маленькой по сравнению с окружавшими ее стенами.

– Мисс Давенпорт присоединится к нам? – После рассказов той о проведенном в Лондоне детстве я посчитала, что она, по крайней мере, отчасти набожна. Но сейчас не сумела припомнить, чтобы она хоть раз упомянула церковь.

Мистер Бенджамин энергично поскреб голову:

– Думаю, нет, хотя ваш брат всегда ждал.

– Тогда и мы должны поступить так же.

Гном пожал плечами:

– Подменыши. Их пальцы сгибаются наружу, а не вовнутрь.

– Не могли бы вы объяснить?

– Подменышам жуть как необходимо быть не такими, как люди. Немного странными, чуток не на своем месте. Просто у них такой способ существования – быть неправильными. Натура такая.

– Это… – я сглотнула, – это кажется довольно печальным.

– Нет-нет.