Слишком молоды для убийств. А что выберешь ты?

Чарли не выдерживает:

– За что?! Мы что бесплатные подопытные крысы?! – она чувствует, как во рту нарастает металлический привкус. Блондинка наклоняется и светит ей в лицо белым фонариком. Чарли матерится и закрывает глаза.

– …появление множественных мелких кровоизлияний на сетчатке глаза, – констатирует она и придвигается еще ближе, – Тошнит?

Чарли усилием воли заставляет себя повернуть голову, затем резко плюет на белый костюм женщины. Та встает и продолжает свои записи как ни в чем не бывало.

– Пошла ты, сука! – Чарли вытирает кровь с лица и снова отворачивается к стене.

А Мэтт тянется рукой вперед, наотмашь хватая блондинку за ногу. Она удивленно вскидывает брови.

– Пожалуйста, отпустите нас. Мы не сделали ничего плохого, – он снова начинает давиться кровью вперемешку со слезами, – Умоляю Вас, мои родители будут очень переживать.

– Все формальности уже улажены, – чеканит блондинка, и нажимает кнопку на гарнитуре, – 5 трупов.

В комнату заходят другие люди. Они подходят к каждому, дотрагиваются до шеи, также светят в глаза проклятыми фонариками, и выволакивают под руки тех, кто скончался.

Простых подростков. Вчерашних детей, для которых вечеринка в особняке стала последним событием их недолгой жизни.

* * *

Снова белые лампы на потолке, одна сменяет другую. Светлая прерывающаяся линия.

Ее перекладывают на кровать, стягивают ремнями по рукам и ногам. Как будто она в психушке. Перед глазами на манер старой пленки мелькают вспышки воспоминаний.

Грязь, кровь. Смерть. Она сейчас лежит здесь и не может пошевелить даже пальцем. До сих пор не верится, что единственное решение посетить какую-то дурацкую вечеринку могло так круто поломать жизнь.

Ей снова ставят капельницу, рука еще больше тяжелеет, она чувствует, как холодная жидкость течет по венам, поднимаясь выше к плечу. Хочется кричать. Интересно, а отец ее хотя бы искал? Что случилось с Мартой, и кто все эти сумасшедшие люди, напоминающие фан-клуб доктора Менгеле?

Она потеряла счет времени.

Поочередно кто-то заходил в ту комнату, куда ее привезли. Девушка не смогла разобрать ни одного слова. Разные люди в белых халатах периодически меняли этот неизвестный синий раствор и быстро выходили, снова оставляя ее в тишине.

Чарли не знала сколько часов или дней она провела тут. Когда ее сознание немного прояснилось, она попыталась посчитать плитку на стене, пробовала снова повернуть голову, но в этот раз была пристегнута намного крепче.