Ловцы кошмаров

Заклинание достигло кульминации ровно тогда, когда стало казаться, что дым поглотит мага, а пламя вот-вот перекинется на что-нибудь горючее. Изугар резко замолчал, и весь дым будто бы вмиг обрёл вес и рухнул на пол, затушив собой огонь.

Когда дым рассеялся, маг стоял посреди круга на коленях и тяжело дышал. Его губы тронула улыбка, но, будь в помещении свидетели, этот злобный и самодовольный оскал мог бы пронять их до дрожи. Потолок весь покрылся копотью, а на месте свечей теперь были оплавившиеся лужицы воска. Но всё получилось.

Ритуал удался. Ещё несколько подобных, и последствия станут необратимы.

Изугар поднялся на ноги и отряхнул колени, после чего стянул с себя промокшую от пота просторную рубаху, которую надевал исключительно на время ритуалов. Слегка пошатываясь от усталости, он дошёл до стеллажа с разнообразными эликсирами. Взяв один из пузырьков, он откупорил его и жадно припал к узкому горлышку, выпивая всё до последней капли. Напиток обжигал язык и горло, но с каждым глотком Изугар чувствовал, как к нему возвращаются силы.

Допив, маг отбросил в дальний угол пустой пузырёк. Не обращая внимания на звон разбитого стекла, он вернулся к своему гардеробу. Вместо промокшей рубахи облачился в облегающую тёмно-серую тунику, а затем – в верхнюю одежду. Это было подобие рубахи, но из более плотной ткани и длиной доходило почти до колен. Ряд пуговиц, шедший по центру, имел не только функциональное значение, но и зачастую подчёркивал достаток владельца вещи. Так, у мага все пуговицы были из серебра, что эффектно выделялось на тёмно-серой, почти чёрной, ткани.

Там, откуда Изугар был родом, такие одеяния назывались котарди. Часто на левой стороне груди у них можно обнаружить вышитый фамильный или королевский герб, а иногда это знак того круга лиц, чьему делу посвятил себя владелец одежды. Но у Изугара герб отсутствовал. И лишь пристально присмотревшись, можно было заметить, что когда-то он там всё же находился: цвет ткани там казался немного ярче.

Едва маг закончил ритуал, как небо сделалось спокойнее.

Тучи потекли медленнее, молнии перестали освещать яркими вспышками округу, а утробные звуки грома сначала сделались тише, а потом и вовсе прекратились. Подобные капризы погоды Эррудун наблюдал не впервые и уже давно связывал бурю в небе с происходящим в высокой башне крепости. Он всегда хотел узнать, что же творится внутри, если это вызывает такой хаос в небе. Но владелец крепости позаботился о том, чтобы входа в башню не было никому, кроме него.