Гнутая монетка

Они не могут… Те, что у меня дома…

Вэлиан пожал плечами.

– Те, что у тебя дома, обычные. А соковыжималка и дуршлаг в Лундиноре другие… необычные.

Необычные. Это слово напомнило Иви о стражнике, задержавшем Себа. Он утверждал, что у него необычная скрепка…

Она опустила глаза.

– Понятно… – пробормотала Иви, пытаясь усвоить новую информацию. – Значит, если предмет необычный, то он может делать что-то удивительное.

– Волшебство? – Вэлиан лукаво усмехнулся. – Детка, не хочу тебя разочаровывать, но волшебство бывает только в сказках.

Иви вспыхнула. После всего, что ей довелось увидеть сегодня, магия – не такое уж глупое предположение!

– Ладно, тогда скажи, что делает необычные предметы особенными? Чем отличается соковыжималка на стене от той, что у меня дома? – Она подняла голову и посмотрела на желтый свет.

– Для большинства из нас только этим и отличается, – сказал Вэлиан. – Есть люди, которые могут… Впрочем, это неважно. А особенные они потому… – Он помолчал. – Ответь мне на один вопрос: Какая сила на земле самая мощная, самая невероятная и необыкновенная?

Иви нахмурилась.

– Не знаю.

Темные глаза Вэлиана блеснули.

– Это мы. Понимаешь? Люди. Как правило, большинство из нас, умирая, отправляется на тот свет, так? Это понятно. Но иногда бывает, что мы как бы застреваем. Вернее, какая-то наша часть – душа, дух, вечная сущность, называй как хочешь, застревает… в каком-то предмете.

У Иви по спине побежал холодок.

– Что?!

– Ш-ш-ш! – шепнул Вэлиан. – Говори тише.

Он нервно озирался по сторонам, вглядываясь поочередно в каждый из трех тоннелей. А потом порылся во внутреннем кармане кожаной куртки, вытащил мятый свиток и развернул. – На вот, прочти-ка лучше.

Сердце у Иви забилось быстрее. Она опустила глаза, и в висках у нее застучало от напряжения.