Французский Трофей 2. После войны

Ей здорово досталось, но больше она болеет от того, что ты умер. Она в трауре с конца войны. Почему ты никому не дал знать, что ты жив? Почему?

Этьен слышал и.… не понимал, что слышит. У него просто в голове не укладывалось, то, что сказал Саша.

– Жива? Женя… жива? – прошептал, повторил он и тяжело рухнул на стул. – Бог мой.... Саша… – он спрятал лицо за ладонями и расплакался, как мальчишка.

Саша обнял его, ощущая, словно его шарахнули по голове чем-то тяжелым.

– Живая твоя Женя. Живая.

Ох, Боже, кто бы мог подумать. В шрамах правда, но живая.

– Я должен… боже, Саша, я должен ехать к ней, – просипел в его плечо Этьен. – Но как же… Постой, – он встрепенулся, снова вытирая щеки. – Я ведь отправил коньяк Василию за услугу, которую он мне оказал. Посылка не пришла?

– Не было посылки, пока я был там, – покачал он головой. – Я уезжаю завтра, едем со мной. Миша женится, свадьба будет, такие новости как раз к празднику.

– Мне надо вещи собрать, – Этьен встрепенулся, подрываясь с места.

 – Женя жива… Боже, моя Женя жива, – пробормотал он и замотал головой. – Ты где остановился? Поехали ко мне, я познакомлю тебя с семьей.

Саша опешил от того, как Этьен возбужденно заметался.

– Я в гостинице…– пробормотал он, а потом оглянуться не успел, как уже был в экипаже.

Всю дорогу до дома, впрочем, очень короткую, Этьен выпытывал у Саши подробности жизни Жени в последнее время, а когда они доехали, наконец, немного торопливо познакомил его с родителями и, успев сказать, что едет в Россию, рванул собирать вещи.

Саша остался наедине с ошалелой семьей Этьена, глупо хлопая одним глазом.

– Служили вместе, – пробормотал он. – Я друг Жени. Если вы знаете кто это. – сказал Саша.

– Ох, Жени? – отец Этьена понимающе вздохнул. – Примите мои соболезнования. Думаю, и для вас это потеря.

– Женя жива, – ответил Саша, подавив истерический смешок и рухнул на диван. – Мы думали, Этьен погиб. Можно мне чего-нибудь крепкого?

Услышав это, Шарль несколько секунд только открывал и закрывал рот, как рыба, потом налил ему коньяка собственного производства, а заодно себе и супруге, которая полагала Женю другом сына, пусть и очень близким.

Детали знал только Шарль.

– Как жива? – изумленно спросил он.

– Почему погибшим? – поддержала его София.

– Потому что Этьен думал, что видел, как Женю убили. А Этьен был в списках погибших с российской стороны.