Навсегда осталась твоей

Калиста проигнорировала ощущение бархатистой кожи под пальцами и вошла в круг из голубой ткани платья.

– Еще раз простите, ваше высочество, – повторила она, глядя на его блестящие черные волосы. – Мне казалось, вы торопитесь.

Он медленно встал, поднимая платье вверх.

– Вытяните руки.

Он осторожно натянул рукава ей на руки, стараясь не прикасаться к ее обнаженной коже.

– Вам следует быть осмотрительнее, рядовой, – тихо произнес принц, натягивая платье ей на плечи. – Вы знаете о моей репутации.

Раздеваясь перед таким мужчиной, как я, вы провоцируете сплетни. А мне этого не хочется накануне помолвки.

Калиста замерла, стараясь быть спокойной и сдержанной.

Стиснув зубы, она посмотрела принцу в глаза.

– Мне очень жаль, ваше высочество. Я не подумала об этом.

Ксеркс опустил руки вдоль тела, но не шагнул назад. Он смотрел на нее сверху вниз нечитаемым взглядом. Калиста была рослой, но рядом с ним казалась маленькой и изящной.

– Вы постоянно извиняетесь. – Он поправил рукав платья.

 – Но слова ничего не значат. – Он немного поправил и другой рукав. – Главное – поступки. Это я узнал, пока служил в армии.

Она уставилась на него, потому что не знала, что он когда-то служил.

– Вы удивлены? – спросил Ксеркс, когда она промолчала. – Все принцы Аксиоса проходят военную службу. – Он улыбнулся. – Что касается меня, то я предпочитаю слова. Они намного менее болезненны, чем пули. Словами нельзя убить.

В его голосе слышалась легкая печаль.

Калисте стало любопытно, поэтому она спросила:

– Вам не понравилась служба? Почему?

Принц округлил глаза, словно ее вопрос застал его врасплох, и ей показалось, что она заметила боль на его лице.

Конечно, ему не понравилось служить в армии. Его лишили наследства и выслали из страны за трусость.

Никто не знал наверняка, почему его выслали из страны. Король Ксенофонт не называл причин, а после того как он изгнал Ксеркса, он больше никогда о нем не говорил.

Ксеркс улыбнулся:

– Потому что в казармах не было симпатичных женщин.

 – Он шагнул назад и обошел Калисту. – Никакого флирта и секса. Армейская служба не для меня.

Калиста снова повернулась к нему лицом, понимая, что он лжет. Причина была не в этом.

Он пробормотал:

– Не двигайтесь.

Она замерла, чувствуя спиной тепло его тела и исходящий от него запах соснового леса и жаркого солнца. Она вдруг вспомнила, как в детстве играла в лесу за домом, прежде чем мать бросила ее.