Хранитель. Разборки в Зеленограде

После ещё трёх суток возлежания в постели я начал бунтовать, что больше не могу столько лежать. Хикари сдалась и разрешила мне передвигаться по дому. Досчитав две недели сидения взаперти, я пошёл в атаку на женский батальон. Но меня без боя выпустили на волю, права только в экипаже. Про охрану вообще молчу, там всё было еще сложнее. Что старший сержант Вангард, что Феликс, оба считали моё ранение личным косяком и несмываемым позором. Теперь меня сопровождали минимум по десятку стражников и гвардейцев, хорошо хоть не тевтонской свиньёй передвигались по городу, с этих станется.

Первым делом прокатился в своё имение, по совместительству тренировочный лагерь. Меня встретили радостными криками. Одно дело утверждения начальства, что командир жив, совсем другое видеть его вживую. К моей радости тренировки никто не бросил, наоборот усилили. Были видны хорошие изменения, как в общей физической подготовке, так и в работе на мечах.

Так за общением, вопросами по подготовке прошёл час, затем второй.

После чего было принято стратегическое решение продолжить благостные разговоры под пиво и шашлык, а на сухую плохо идёт. Решение было принято единодушно, так же к нам присоединились гномы из строителей. Гудели чинно и благородно, как и положено пролетариям, до самого утра. На рассвете за мной в наш взрослый сад приехала Мидори. Все сделали покерфейс, что так и надо, тем более я после ранения и все дела.

Был уверен, что сейчас меня разделают под орех, пусть и морально.

Но лиса улыбаясь, спросила, хорошо ли я отдохнул. Получив положительный ответ, она мило устроилась на моём плече. Так в умиротворённой тишине мы добрались до дома.

Со следующего дня начались трудовые будни, пусть и без тренировок. Каждое утро начиналось с поездки в имени, где проверялась и корректировалась программа тренировок. Так же вернулся к изучению местной грамматики. Затем поездка в штаб стражи, установка маршрутов движения патрулей, аналитика преступлений.

Периодически выезжал в город, чтобы оперативно решить вопросы на месте. Для многих я так и остался в могиле, поэтому посветить лицом стоило.

К Феликсу выстроилась новая очередь в наши ряды. От такого обилия командир гвардии начал капризничать при выборе. К общему удивлению, к отбору присоединился Мастер, снижая самооценку особо эгоистичных личностей, вбивая эти личности в пол, либо оставляя шрамы от меча в качестве сувениров.