Дердейн: Бравая вольница

Обнаружив у входа Этцвейна, старый музыкант сразу остановился, нахохлившись, как встревоженная птица.

«Заходите, заходите!» – пригласил Этцвейн. Отпустив лакея, он провел Фролитца в большой приемный зал: «Садитесь. Хотите чаю?»

«Не откажусь, – отвечал Фролитц. – Может быть, ты соизволишь мне объяснить, что происходит и как ты здесь оказался?»

«Странная получилась история, – сказал Этцвейн. – Как вы знаете, недавно я подал жалобу Человеку Без Лица, уплатив пятьсот флоринов».

«Знаю. Дурак ты после этого».

«Как выяснилось, не совсем. Аноме согласился с моими доводами и попросил меня помочь правительству организовать вооруженное сопротивление рогушкоям… гм… по всей стране».

Фролитц прищурился, открыв рот: «Как ты сказал? Аноме „попросил“ Гастеля Этцвейна, бродягу-хитаниста… Бред! Тебя кто-нибудь треснул по голове?»

«Бред наяву, если хотите. Кому-то же нужно этим заниматься. Я согласился. Кроме того, я предложил Аноме услуги вашей труппы… Предложение принято».

Фролитц, второпях не успевший сбрить седую щетину, разинул рот еще шире.

В глазах у него загорелись издевательские искорки: «Давай, давай, рассказывай! У рогушкоев поджилки трясутся: с победным маршем наступают маэстро Фролитц и его кровожадный оркестр! Враг деморализован, музыка спасает Шант. Почему мне самому не пришла в голову такая блестящая идея?»

«Я понимаю, ситуация необычна, – терпеливо отозвался Этцвейн. – Но посмотрите вокруг, убедитесь сами».

Фролитц признал необычность обстановки: «Мы тут расселись, как эстеты, в сказочно роскошном дворце.

О чем это говорит и что из этого следует?»

«Только то, что я сказал. Мы должны помочь Аноме».

Охваченный новыми подозрениями, Фролитц беспокойно изучал лицо Этцвейна: «Одно ясно и не подлежит никакому обсуждению: я – музыкант, а не полководец. Кроме того, я слишком стар, чтобы воевать».

«Ни вам, ни мне не придется драться с саблями в руках, – успокоил его Этцвейн. – Нам поручены обязанности более конфиденциального и, естественно, прибыльного характера».

«Что придется скрывать и сколько мы получим?»

«Мы во дворце Сершанов, – сказал Этцвейн. – Здесь мы должны поселиться – вы, я, вся труппа. Нас устроят, как эстетов, будут кормить, как эстетов. Обязанности достаточно просты – но прежде, чем я стану вдаваться в подробности, мне нужно знать, как вы относитесь к перспективе провести некоторое время во дворце».

Фролитц почесал в затылке, взъерошив редкие седые волосы: «Ты упомянул о прибыли.