Труллион: Аластор 2262

Он передал матери коробку – та ничего не сказала, но коробку взяла. «Открой! – посоветовал Глиннес. – Это тебе».

Маруча сорвала этикетку и вынула из упаковки отрез пурпурной ткани с вышивкой из зеленых, серебряных и золотых нитей, изображавшей фантастических птиц. «Какая прелесть! – ахнула она. – Ну что ты, Глиннес! Просто замечательно!»

«Это не все», – сказал Глиннес, вынимая другие коробки. Маруча их открывала, замирая от восторга. В отличие от большинства триллей она обожала роскошные вещи.

«Смотри, это звездные кристаллы, – пояснял Глиннес.

 – Другого названия у них нет. Их находят уже будто гранеными в пыли погасших звезд. Звездные кристаллы невозможно поцарапать даже алмазом. У них любопытные оптические свойства».

«Ой, какие тяжелые!»

«А вот древняя ваза – никто не знает, сколько ей лет. Говорят, на донышке – эрдическая надпись».

«Восхитительная вещица!»

«Ну, а эту штуку я купил просто потому, что она меня развеселила. Ничего особенного – щелкунчик в виде юртляндского щетинуса.

По правде говоря, он валялся в лавке старьевщика».

«Хитроумное устройство! Ты говоришь, им щелкают орехи?»

«Да. Орех кладут между челюстями и нажимают на хвост… Ножи я купил для Глэя и Шайры – они выкованы из протеума. Лезвия – полимерные цепочки молекул металла шириной в один атом. Протеум не ломается, не гнется и не ржавеет. Таким ножом можно рубить сталь, и он не затупится».

«Глэй будет чрезвычайно благодарен, – обронила Маруча несколько почерствевшим тоном. – Шайре тоже будет приятно».

Глиннес скептически хмыкнул, чего Маруча демонстративно не заметила. «Замечательные подарки, это очень хорошо с твоей стороны, – обернувшись к открытой двери, Маруча взглянула на причал под верандой. – А вот и Глэй!»

Глиннес вышел на веранду. Глэй, поднимавшийся по тропе с причала, остановился, хотя ничем не показал, что удивлен, после чего продолжил подъем уже медленнее. Глиннес спустился навстречу по ступеням, и каждый из братьев хлопнул другого по плечу.

Глиннес не преминул заметить, что Глэй был не в традиционном парае, а в серых брюках и черном пиджаке.

«Добро пожаловать! – сказал Глэй. – Я встретил Харрада-младшего, он меня предупредил о твоем приезде».

«Я рад, что вернулся, – заверил его Глиннес. – Вдвоем с матерью тебе, наверное, было скучно. Теперь я здесь – надеюсь, в доме все будет снова по-прежнему».

Глэй ограничился ничего не значащим кивком: «Мм-да. В последнее время наступило затишье.