Языки Пао

Наконец полет замедлился – корабль нырнул в гигантское ущелье с отвесными каменными стенами; дно ущелья скрывалось в дымчатой мгле. Впереди, на обширной, как степь, крутой каменной стене можно было различить ничтожный серовато-белый нарост. По мере приближения корабля нарост превратился в небольшой городок, приютившийся на краю горного уступа. Приземистые строения из плавленого камня с плоскими рыжевато-коричневыми крышами словно вросли в скалу, а некоторые, соединенные стволами наружных шахт подъемников, спускались гроздьями вдоль вертикальной поверхности утеса.

Городок производил мрачноватое впечатление и не внушал почтения размерами.

«Это и есть Раскол?» – спросил Беран.

«Это Раскольный институт».

Беран был несколько разочарован: «Я ожидал чего-то другого».

«Мы не нуждаемся в претенциозной архитектуре, – заметил Палафокс. – В конце концов, наставников не так уж много, и мы редко встречаемся».

Беран начал было говорить, но придержал язык, опасаясь снова коснуться какой-нибудь запретной темы.

Наконец он осторожно спросил: «А ваши сыновья живут с вами?»

«Нет, – коротко ответил Палафокс. – Они посещают Институт – так заведено».

Корабль медленно опускался; индикаторы на панели управления трепетали, как живые, подпрыгивающими столбиками огоньков.

Глядя на чудовищную пропасть с голыми каменными стенами, Беран с тоской вспомнил плодородные поля, цветущие сады и синие моря родной планеты.

«Когда я вернусь на Пао?» – с внезапной тревогой спросил он.

Палафокс, отвлеченный размышлениями, рассеянно отозвался: «Когда возникнут подходящие условия».

«А когда они возникнут?»

Палафокс бросил на мальчика быстрый взгляд: «Ты хочешь быть панархом Пао?»

«Да! – решительно сказал Беран. – Если только меня модифицируют».

«Вполне возможно, что твои надежды сбудутся. Но не забывай о том, что получающий дары должен давать взамен что-то равноценное».

«И что я должен отдать?»

«Об этом мы поговорим позже».

«Бустамонте не обрадуется моему возвращению, – уныло произнес Беран. – Мне кажется, что он тоже хочет быть панархом».

Палафокс рассмеялся: «У Бустамонте забот полон рот. Благодари судьбу за то, что он занимается своими проблемами, а не тобой».

7

Проблем у Бустамонте было хоть отбавляй. Его мечты о величии и славе рассыпались в прах.