Звездный король. Князья тьмы. Том I

Но там много деревьев, и самые величественные, сероствольные, по-королевски возвышаются над лесом – глядя на них, начинаешь верить, что они там были всегда и всегда там будут.

Вы спросили, обитаема ли эта планета. Должен ответить положительно, хотя там обитают очень странные существа. Я называю их «дриадами». Я насчитал лишь несколько сот дриад – похоже на то, что они живут практически вечно. Они – древние, как деревья, древние, как горы». Тихальт снова закрыл глаза: «Сутки там в два раза дольше земных; утро не хочет кончаться, в полдень тихо и тепло, вечерами все пронизано золотистым светом, как медом.

Дриады плещутся в реке или стоят в лесной тени…» Голос Тихальта замер – похоже было, что он засыпает.

Герсен подсказал: «Дриады?»

Тихальт вздрогнул, выпрямился на стуле: «Можно называть их и так – какая разница, как их называть? Во всяком случае они – наполовину растения. Я не изучал их внимательно, не посмел. Почему? Не знаю. Я там провел… что-то вроде двух или трех недель.

И вот что я видел…»

Тихальт приземлился в потрепанном звездолете модели 9B на речном лугу. Он подождал, пока анализатор заканчивал проверку атмосферы, хотя настолько радующий глаз ландшафт не мог быть негостеприимным; по меньшей мере, так думал Тихальт – ученый, поэт, бродяга и прожигатель жизни. Он не ошибался: местные микроорганизмы, содержавшиеся в воздухе и в почве, быстро погибали под воздействием стандартного антибиотика – Тихальт, разумеется, не забыл сделать себе инъекцию.

На первый взгляд не было никаких причин, не позволявших ему немедленно выйти из корабля в этот мир, что он и сделал.

Зачарованный Тихальт стоял на траве у трапа. Свежий, чистый, прозрачный воздух, будто напоенный ароматами весеннего рассвета, поражал глубокой тишиной – такой, какая наступает после пения птицы.

Тихальт прошелся вверх по долине реки. Остановившись, чтобы полюбоваться перелеском, он заметил собравшихся в тени дриад.

Двуногие существа с торсами и головами, они удивительно напоминали формой человеческие фигуры, хотя сразу становилось ясно, что сходство с людьми носило поверхностный характер. У них была серебристая кожа с коричневыми и зелеными наплывами, отливавшая радужными бликами; лиц не было – на блестящей ровной голове можно было различить только нечто вроде лиловато-зеленых потеков, служивших, вероятно, органами зрения.