Фантастический Калейдоскоп: Механическая осень

Вдвоём они свинтили рабочую панель и погрузили её на ховер, затем сложили крышу станции, последовательно сдвигая листы один в другой. Рутинная ежедневная работа. Расправившаяся с леденцом Лисс скакала рядом, гукая и хохоча.

– Ты радуешься? – спросил её Храпнёв.

– Яда, – кивнула Лисс.

– Ну, на сегодня всё, – сказал Храпнёв. – Беги к себе.

– Сё?

Лисс вопросительно повернула голову. Ни один ребёнок не смог бы этого повторить. Ни один земной ребёнок. На щелчка, ни треска костей – просто шея перекрутилась в глубокие наклонные бороздки.

– Да. Всё.

Храпнёв с Роговым затащили сложенную крышу в тесный салон, закрепили в магнитах у правого борта и занялись стенами, выдирая лёгкие пластоновые секции из пазов. Лисс молча смотрела на их сосредоточенную работу. Девочка в платье. Храпнёв не мог сказать, стало оно в «горошек» недавно или было таким всегда.

– А явтра?

Рогов отдал снятые панели коллеге и присел перед Лисс.

– Так поворачивать голову нельзя, – сказал он.

– Чему? – улыбнулась Лисс.

– Потому что люди так не делают.

– Чему?

– Потому что умирают.

Рогов прижал перчатки ладонями к личику Лисс и осторожно, медленно скрутил шею девочки обратно.

– Вот так. Поворачиваются, переставляя ноги.

Он помог ей развернуться.

Одна нога в колене, правда, просто загнулась в другую сторону, но Рогов решил не обращать на это внимания.

– Учше? – спросила Лисс.

– Да, так лучше.

– Бёнок! – выкрикнула Лисс, победительно вскинув руки, на которых было три и четыре пальца.

– Да, ты – ребёнок.

– Саня, – позвал Храпнёв.

Он закинул в ховер сейсмодатчики и атмосферную станцию, смотал кабели. Осталось только погрузить энергобатарею. Одному её, дуру тяжёлую, ребристую, было не поднять.

– Иду.

Рогов подошёл к батарее, взялся с другого конца. Потянули, подняли, потащили к ховеру, печатая следы в рыхлом песке.

– А явтра? – преградила им дорогу Лисс.

– Надо же, – вслух удивился Рогов. – Не так всё и плохо у наших детишек с памятью.

– Лисс, отойди, – попросил Храпнёв.

Девочка в платьице раздвинула губы.

– Кафетка?

Пуф-ф! – батарея одним концом хлопнулась в песок.

– Пошли-ка!

Храпнёв схватил девочку за руку и поволок на смотровую площадку. Сквозь ткань перчатки рука её казалась мягкой, как желе.

– Завтра мы будем во-он там! – показал он на поблескивающий вдалеке купол.