Прежде чем ты меня убьёшь

Я стала напротив него, чтобы лучше видеть его глаза. Теперь они стали такими… злыми, что я невольно встрепенулась.

– Тея, от… него невозможно сбежать, если только не попытаться… отвлечь другим, кем-то более… интересным, но, видимо, и это тоже… не сработало, – сказал, выплёвывая ещё несколько зубов вместе с кровью. – Все те 4 выживших – это миф… для газеты, где правительство… делало вид, что кого-то… всё-таки спасает. От него, – сказал, кивая на дровосека, – невозможно… сбежать, спастись, спрятаться… или выжить в его компании.

Этих 4-х людей правительство… само вылавливало из неблагополучных районов, прожаривая… в своих катакомбах, дабы сделать вид, что злодей… слишком опасный, поэтому и не получается… его поймать. Седые волосы, морщины… в раннем возрасте, обтянутый кожей… скелет – это всё… не выдумка. И то, что они… молчат, – логично, поскольку сами… ничего не знают, будучи… просто жертвами… обстоятельств.

Я помолчала, отводя взгляд.

Мне сложно верилось в то, что происходило совсем близко ко мне, буквально в 12 километрах от того места, где я жила.

Безусловно, это было похоже на правду, но… я встречала на своем пути очень много военных, которые могли планировать убийство дровосека и его жертв в подвале, именно в это мне сложно верилось. Такой мрак происходил у меня под боком, а я жила совершенно в ином мире.

Конечно, я не рада, что о нём узнала, но я невольно почувствовала себя менее глупой.

Я посмотрела на форму, которая уже успела к этому времени сгореть.

– Неужели в твоих словах не было ни единой правды? – спросила я, как будто для меня что-то это значило.

Он слабо усмехнулся, мельком посмотрев на дровосека.

– Есть. Ты и вправду… важнее для него, чем я.

Я нахмурилась, и сама глянув на мужчину. Его лицо оставалось таким же непроницаемым, как и всегда.

– Сама не задавалась вопросом, почему ты – единственная из всех живёшь в его доме, когда другие находятся в подвале? Там есть и невинные жертвы тоже.

Я махнула рукой.

– Это ничего не доказывает. Ты ведь тоже был в доме, а теперь посмотри на себя сейчас.

Дон покачал головой.

– Вот именно. Мы оба сбежали, но сейчас я на грани гибели, тебе же он ничего не сделал. Больше суток никто не выживал в его компании, если это не пленные в подвале. А ещё…

– Достаточно, – перебил его дровосек, ударив кулаком в его голову снова, а затем, подойдя к дивану, достал мою палку-чертополох, протягивая её мне. – Ты знаешь, что делать.

Я поняла, что он имел в виду не сразу.