Прежде чем ты меня убьёшь

– Все они уже давно знают, где я, но живое мясо в моём подвале заставляет их действовать аккуратнее… вернее, заставляло, – спокойно прокомментировал мужчина. – Тех, кого ты так отчаянно ждёшь и для кого пишешь указатели.

Я нахмурилась, стараясь и совладать с тем фактом, что и об этом он уже осведомлен.

– Но почему тебя не ловят? Если тут замешано правительство, почему нет вертолётов, мощной армии? Даже грузовики, как оказалось для меня, способны сюда протиснуться.

Дровосек слабо усмехнулся.

– Не ловят, потому что не могут.

Этого всего недостаточно, они уже это познали на своём горьком опыте. Но сейчас они задумали взорвать, скорее всего, весь лес, теша себя надеждой, что меня завалит землей и я окажусь где-то глубоко под ней.

Я засунула руки в карманы.

– А это будет не так?

Мужчина только улыбнулся на это, ничего не сказав.

Подождав немного, поняв, что он ничего не скажет, я, сложив руки на груди, кивнула на костёр.

– Так зачем ты устроил костёр?

– Нравится вонь протухшего мяса? – риторически спросил, собираясь уходить, но я, осознав, о чем была речь, перегодила ему путь своим телом.

– Ты… ты спалил птиц?

Он посмотрел на меня сверху вниз.

– Я только что это сказал – буднично осведомил меня.

Поджав губы, я подошла ближе, мгновенно преодолев отвращение.

– Тебе лучше спалить мясо, чем приготовить суп и отдать детям? Это слишком даже для тебя… для любого.

Дровосек усмехнулся, неожиданно взяв прядь моих волос и намотав на палец.

– Ты меня уже не боишься?

Я нервно дёрнулась и замерла, чувствуя, как будто меня поместили в саркофаг, в котором я не могла пошевелиться и скинуть с себя его руку, мгновенно выдавая мужчине ответ на его вопрос, чем и растянула его жуткую улыбку ещё больше по всему лицу, но, собравшись, всё-таки ответила:

– Ты всё равно меня убьёшь, в страхе нет смысла.

Он кивнул.

– Хоть какая-то умная мысль от тебя прозвучала, – сказал, переводя задумчивый взгляд вниз на землю и убирая руку.

 – Что это?

Я, проследив за его взглядом, обнаружила плюшевого медведя.

– Игрушки.

– Для чего они?

Я закусила губу, не сумев соврать под его настойчивым взглядом.

– Не для чего, а для кого. Для детей, – призналась, тут же став между ним и пакетом. – Но раз ты сжёг мясо, позволь хоть отдать им это, – помолчала, подбирая слова. – Что угодно можешь просить за это, если я в силах это сделать.

Он вскинул бровь, явно будучи недовольным моим планом.