Как я тебя потеряла

Родители Джека считали, что подросткам нужно давать свободу, но они также надеялись, что он не замечает, как Люси роется в его школьном рюкзаке и проверяет дневник с домашним заданием.

Билли был в спальне, пока остальные поднимались по лестнице. Первым вошел Райли. Джек увидел, как Билли вздохнул с облегчением и расслабил плечи. Билли кивнул Мэтту.

– Все в порядке?

– Все в порядке, – улыбнулся Мэтт.

Второй вошедший парень сморщил нос.

– Ты еще кто такой?

Джек слегка толкнул его в руку.

– Не выпендривайся.

Это Шекспир. Он теперь будет с нами.

– Что за дурацкое имечко? – ухмыльнулся второй парень. – Твоя мать злилась, когда тебя так назвала?

– Это кличка, придурок. Он отличник по английскому. Шекс, это Адам Харви.

Двое парней кивнули друг другу, но ни один не был рад знакомству.

– Выглядишь дерьмово. Что случилось? – спросил Адам.

Опять заговорил Джек, не давая новому другу ответить.

– Ты других не видел. Шекс их классно отделал.

– Их?

– Да, троих из Уэстлейка.

Хорошо им поддал. Круто было! Я его увел оттуда, чтобы они не позвали никого на помощь. Правда, Райли?

Мэтт кивнул, и Адам посмотрел на Билли с невольным уважением.

– Здорово. Ты идешь с нами играть в следопыта?

– Конечно, идет. Где Питерсон?

Мэтт пожал плечами.

– Понятия не имею. Я его не видел со вчерашнего дня.

Джек приподнял брови, когда Билли нервно на него взглянул. Джек слегка его придержал, когда остальные стали спускаться по лестнице.

– Не беспокойся, – прошептал он.

 – Я никому не скажу, что ты втянул Майка в это дело.

Глава 7

В последние три воскресенья мы с Кэсси бесплатно трудимся в благотворительной организации, оказывающей помощь бездомным в Телфорде, в двадцати минутах езды от Бриджнорта, где живет Кэсс. Я стала волонтером, чтобы сделать что-то для общества, искупить свои грехи. Кэсс составляет мне компанию, потому что я ее об этом попросила. Хотя Кэсс настойчиво повторяет мне, что ничего за эту работу не получает и приезжает в ночлежку только чтобы «убить время», я знаю, в глубине души ей нравится мысль о том, что она делает что-то полезное.

Очень глубоко. Однако в это воскресенье она появляется с робким и застенчивым видом.

– Я хочу извиниться за свое вчерашнее поведение, – в лоб заявляет она, пока я не успела открыть рот. – Я не хотела отмахиваться от фотографии. Просто не смогла ничего придумать.

Быстро оглядываюсь вокруг. В пределах слышимости никого нет.