Причина надеяться

Блин, неужели Лиззи со своими мудрыми советами и решениями на все случаи жизни не могла просто пойти со мной, чтобы подсказать, что на это ответить?

– Без? Как странно.

Ее взгляд говорит: «Да, все это сейчас очень странно». И она права, чертовски права.

– Разве тебе не надо уже открываться? – спрашивает Хейл.

– Только что пришла моя сотрудница. – А ты? Почему ты так неожиданно сбежала? – Настолько плохой кофе?

– Что? – Она растерянно смотрит на меня, потом у нее дергаются уголки рта. Кажется, что это происходит против ее воли.

 – Нет, он был хороший. Лучший за долгое время.

– Слишком много чести. Это всего лишь кофе.

– Ты даже не представляешь, насколько вкус кофе важен.

– Хочешь еще один?

Короткий вздох. Затем она говорит:

– Нет, спасибо. Мне нужно успеть на поезд.

– Но ты вернешься?

– Конечно. – Она хмурится. Здесь, на улице, при свете дня, ее глаза будто светятся. – Мы ведь договорились. С чего бы мне не вернуться?

– Прости. – Она права, опять права. Грубо обвинять ее в том, что она не появится на выступлении.

Почему же часть меня тем не менее в этом сомневается? Есть в ней что-то неуловимое. И я бы очень хотел понять, что именно. Но стоит мне попытаться это поймать, она сделает шаг назад.

– Может, – осторожно задаю вопрос я и придвигаюсь к ней всего на полшага, – все равно возьмешь медиатор?

– Это правда не мой.

– Да, это мой.

Что-то в этом признании ее удивляет.

– Но я отдам его тебе, – продолжаю я. – Например, в обмен на твой номер телефона? Идет?

– Нет, – отвечает Хейл.

Это можно было бы расценивать как ясный отказ, который я бы спокойно принял (по крайней мере, пока она не скроется из виду). Вот только ее улыбка совсем не подходит для отказа. Она облизывает нижнюю губу, переносит вес на стоящую впереди ногу, приближаясь ко мне на миллиметр, и у меня в голове почти не остается мыслей: только вихрь смятения.

Я сам ненавижу парней, которые не понимают слово «нет», но… твою мать. Конкретно это «нет» я совсем не понимаю.

– О’кей.

Хейл откидывает локоны с лица, и ветер, дующий с Мерси, тут же возвращает их обратно. Я представляю себе, как отвожу ее волосы назад, так что пряди трепещут вокруг моих пальцев. Наверное, пора притормозить фантазию, у меня так пересохло во рту, что теперь я не смог бы сказать ни слова.

– Я… – начинает она, – у меня… в данный момент нет телефона.

В то время как мое заикание можно описать только как жалкое, она заикается самым очаровательным образом.