Список ненависти

Подожду тебя внизу.

Я натянула мятые джинсы и первую попавшуюся под руку футболку, не заботясь о том, как в них выгляжу. Никакой наряд не уймет моего страха, и я в любом случае буду привлекать внимание, как бы ни оделась. Я поплелась в ванную и прошлась расческой по грязным волосам. Заморачиваться с макияжем тоже не стала. Не помню, где лежит косметичка. Летом прихорашиваться не приходилось. Большую часть времени я даже ходить не могла.

Обувшись в балетки, подхватила новый рюкзак, купленный мамой несколько дней назад.

Он так и валялся пустым, пока она сама не набила его тетрадками и письменными принадлежностями. Старый рюкзак – окровавленный… она, наверное, отправила на помойку вместе с футболкой Ника, найденной в моем шкафу, когда я лежала в больнице. Вернувшись домой и обнаружив пропажу футболки с эмблемой Flogging Molly[2 - Flogging Molly – ирландско-американская группа, исполняющая кельтский панк.], я рыдала и обзывала маму стервозой.

Мама никак не хотела понять – эта футболка принадлежала не Нику-убийце, а Нику-моему-парню.

Нику, который раздобыл билеты на выступление Flogging Molly и у которого я сидела на плечах, когда они пели песню «Factory Girls». Нику, которому пришла в голову мысль купить одну футболку на двоих и который, недолго ее поносив, отдал мне и больше никогда не просил назад.

Мама уверяла, будто выбросила футболку по совету доктора Хилера. Не верю. Порой мне кажется, что она все свои идеи выдает за его наставления, чтобы я не перечила ей. Доктор Хилер понял бы, что эта футболка не принадлежала Нику-убийце.

Я даже не знаю, кто был Ником-убийцей. Доктор Хилер понимает и это.

Собравшись, я оцепенела, охваченная тревожным волнением. Коленки подгибались от страха, ноги отказывались повиноваться, шея покрылась испариной. Я не смогу пойти в школу. Не смогу ходить по ее коридорам и смотреть в лица одноклассникам. Мне не хватит на это духу.

Дрожащими руками я кое-как вытащила из кармана мобильный и набрала номер доктора Хилера. Он сразу ответил.

– Простите, что беспокою вас, – сказала я, опускаясь на постель.

– Не извиняйся, я сам просил тебя звонить. Забыла? Я ожидал твоего звонка.

– Кажется, я не смогу это сделать. Я не готова. И не знаю, буду ли когда-нибудь готова. Наверное, это была плохая идея…

– Перестань, Вал, – прервал меня он. – Ты справишься. Ты готова. Мы с тобой говорили об этом. Будет трудно, но ты выдержишь. За последние месяцы ты пережила вещи поужасней тех, которые тебе предстоят.