Поэтический семинар Юрия Кузнецова

Золотой недвижный свет

До постели лег.

Никого в подлунной нет, только я да Бог.

Знает только Он мою

Мертвую печаль,

Ту, что я от всех таю…

Холод, блеск, мистраль.

Георгий Иванов:

На один восхитительный миг,

Словно отблеск заката-рассвета,

Словно чайки серебряный крик

Мне однажды почудилось это.

Просияла – как счастье во сне —

Невозможная встреча-прощанье —

То, что было обещано мне,

То, в чем Бог не сдержал обещанья.

1952

Поэма Блока «Двенадцать» не имела конца, и он это чувствовал и долго думал, как ее завершить.

И тут дьявол шепнул ему о Христе. В поэме он написал:

В белом венчике из роз —

Впереди – Иисус Христос.

А в дневнике у себя записал: «Сегодня я – гений!» А я в этом сомневаюсь. Гений – все должно быть ясно, все просветляет, а Блок – напутал. И вот почему. Революцию делали русские, так при чем же здесь венчик из белых роз? В России Христос всегда был только в терновом венце, – только! Роза и крест – эти символы появились во времена крестовых походов, когда появился орден розенкрейцеров.

Это масонские, сатанинские символы.

Вопрос:Может, он сознательно ввел масонскую символику?

ЮК: Вряд ли. Он евреев в литературе терпеть не мог. После революции из его произведений все упоминания о евреях были просто вымараны. Думаю, что это у него получилось не сознательно, а просто – мировоззренческий просчет.

Вопрос: В «Розе мира» Даниила Андреева дается оценка Блока, схожая с Вашей.

ЮК: Ну и что? Может схожая, а, может, и нет.

«Роза мира» очень вредное чтение для православного человека, особенно для того, кто, ничего, кроме этого, не читал. Ее можно читать в зрелом возрасте, когда человек уже закален. Читайте святоотеческую литературу. «Роза мира» – психическое явление, а не духовное.

Из материалов Кузнецова к теме «Бог – вечная тема поэзии».

В перерыве Кузнецов остался сидеть в аудитории, а не пошел, как обычно, курить в коридор. Было непривычно – Кузнецов вообще не курил на протяжении всего семинара, хотя обычно он «дымил» изрядно.

Видимо, это было сознательным решением. К нему некоторые подходили с вопросами. Мне удалось расслышать лишь некоторые его разрозненные реплики.

ЮК: Не люблю риторики. Не люблю разговоров. Устал.

Одна из участниц семинара протянула Кузнецову какой-то сборник современных стихотворений с названием типа «Духовные стихи» и спросила, не читал ли он эту книгу?

ЮК: Нет, не читал. И не хочу читать.