Мамадышские купцы Щербаковы

Так, к 1839 году в построенном после пожара 1811 года деревянном здании городовой ратуши стали образовываться щели между бревнами. Для пробивки стен Михаил Иванович продал Ратуше 4 пуда смоляной пакли, по 1 рублю 75 копеек за пуд. 29 августа 1839 года Ратуша полностью расплатилась с поставщиком[84 - ГА РТ ф. 25, оп. 1, д. 14, л. 451].

Кроме того, Михаил Иванович начал проявлять свои способности в «цивильных»[85 - Гражданских] делах. Например, будучи по статусу купеческим сыном, 17 мая 1847 года взыскивал долги, с мамадышской крестьянки Екатерины Паутовой, задолжавшей 64 рубля[86 - ГА РТ ф.

115, оп. 1, д. 887].

Основной массив архивной информации о Михаиле Ивановиче отложился в делах Мамадышской городовой ратуши, где он с 1847 по 1849 год служил бургомистром.

Таким образом произошло своеобразное разделение труда: мать, будучи главой купеческого семейства, концентрировала на себе все принимаемые совместные решения по направлениям работы – от её имени были все прошения и велась вся торговая деятельность.

Никанор, будучи в постоянных разъездах и переговорах, проводил все эти решения в жизнь. Михаил, будучи бургомистром, оказывал им поддержку со стороны властей.

Так, 27 сентября 1849 года по делу о взыскании матерью с купца Степана Лощилова 24 куля муки и 60 рублей по векселю, устно заявил, что денег в возмещение долга он не получал. На следующий день поступило прошение Прасковьи Тимофеевны о взыскании с Лощилова ещё 2 кулей муки и стоимости 62 порожних (пустых) кулей.

Через месяц Лощилов решил, что тягаться с бургомистром не стоит, поэтому оплатил все долги.

4 октября того же года Прасковья Тимофеевна попросила земельный участок на берегу реки Вятки, «где прежде существовал земляной винный подвал» для постройки склада для её товаров. Городовая ратуша назначила на 17 октября торги, на которые, кроме купчихи Щербаковой «никто не явился».

Земля была отдана ей[87 - ГА РТ ф. 25, оп. 1, д. 46, лл. 67—67об, 68—78об, 93, 157об, 188].

Со стороны Михаила Ивановича были и неприглядные факты фактической расправы над неугодными коллегами. Правда, неизвестно, был ли то злой умысел или он искренне полагал, что просто исполнял свои обязанности.

Так, 12 апреля 1860 года в Мамадышскую городовую ратушу обратился за восстановлением справедливости 3-й гильдии купец Егор Окулов.