Любовник леди Чаттерлей, Эммануэль: порнография, ставшая классикой

Стать мужем и женой официально Фриде и Лоренсу удалось лишь спустя два года после отъезда, а именно в 1914 году, когда Эрнст Уикли окончательно понял: его жена ни за что не вернется в их супружескую постель. Ни совместно прожитые годы, ни дети, ни дом, который она, казалось, так любила, не были теперь дороги этой беспутной женщине. Она бросила все и всех. Ради какого-то мальчишки… Зачем? Почему?

Фрида и сама время от времени задавала себе эти вопросы. Действительность оказалась не такой радужной, какой представляла её она, пускаясь в бега с Лоренсом.

В письмах, адресованных близким подругам, эта зрелая, вполне рассудительная и, как оказалось, не совсем бесстрашная женщина делилась своими сомнениями, страхами, переживаниями.

Она, конечно, очень любит Дэвида, но разве Фрида могла знать, решаясь на авантюру, что ей придется так «непереносимо тяжело»?

Дэвид и Фрида Лоренс

Быть может, кому-то кажется, что она сбежала от мужа и детей в поисках легкой, беспроблемной, сладкой жизни? Способны ли они представить, как ей теперь невесело? Нынче она в шутку величает себя баронессой в лохмотьях.

Ради любви пришлось поступиться всем: она оставила детей, лишилась привычного уклада жизни, комфорта, безбедного существования, которые еще вчера обеспечивал ей муж. Теперь Фриде не приходится рассчитывать на ужины из нескольких блюд.

«У нас с Лоренсом была острая нехватка денег. Довольствовались тем, к чему привык и что любил есть Дэвид: свежие яйца из-под кур, черный, кислый хлеб.

В сезон собирали ягоды, грибы».

Материальные проблемы, однако, были сущей ерундой по сравнению с одолевавшими Фриду душевными терзаниями: как обходятся без нее дети, ведь они так малы. Не срывает ли на них гнев обезумевший от полученных известий об измене жены Эрнст?

Узнав о случившемся, он, кажется, спятил от горя, ярости и обиды.

Ее – теперь бывший – муж (развод был делом времени) – в первые месяцы отсутствия Фриды писал ей письма. В письмах этих он то умолял, то угрожал, то плакал.

«Я попытаюсь простить тебя, и мы начнем нашу жизнь с чистого листа. Я попытаюсь никогда не вспоминать и не укорять тебя за то, что ты сделала с нашей семьей. Но в том случае, если ты не вернешься, запомни: никогда, никогда более ты не увидишь своих дочерей и сына. Ты будешь лишена всякой возможности общаться с ними, а я позабочусь о том, чтобы наши дети не получали письма от тебя.

Ты сама сделала этот выбор. Ты сама ушла из жизни наших малюток».