Парадоксы симптома. Системно-аналитический подход в работе с психосоматическим симптомом

Соматоформные же расстройства – расстройства соматические лишь по форме, а по сути – это та же истерия, так как в основе их образования лежит один и тот же механизм – конверсия.

Вышеприведенный пример иллюстрирует трансформацию одного и того же расстройства во времени. Здесь можно наглядно проследить, как изменяющееся отношение массового сознания к истерии под воздействием информации об этом расстройстве изменило форму самого расстройства.

Если во времена З. Фрейда к истерикам относились терпимо, с должным вниманием (именно то, что как раз и нужно клиентам-истерикам), то сейчас под напором потока медицинской информации в массовом сознании произошло изменение отношения к этому расстройству и типу личности.

Сегодня вряд ли истерик может рассчитывать на позитивное внимание и сочувствие, упади он в обморок, да и сами термины истерия, истерик негативно нагружены в сознании современного человека и воспринимаются как стигма. Другое дело – соматические заболевания! Вряд ли у кого повернется язык упрекнуть или посмеяться над человеком, у которого болит, скажем, желудок или сердце… Кроме того, диагноз «соматоформное расстройство» позволяет «использовать» его не только женщинам, но и мужчинам, в то время как истерия традиционно считалась «женским» заболеванием.

Культуральные перемены оказывают влияние не только на форму психических расстройств, но и на их «рейтинг популярности». Уже в середине ХХ в. А. Лоуэн в своей книге «Предательство тела» пишет, что «типичное» для нашего времени психическое затруднение – не истерия, как во времена Фрейда, а шизоидный тип, человек, который отделен, оторван, утратил связь с реальностью, имеет тенденцию к деперсонализации и выражает свои проблемы интеллектуализациями и техническими формулировками.

Типичный современный клиент, по мнению А. Лоуэна, не истерик, как было во времена Фрейда, он диссоциирован или с нарушенной самоидентичностью.

Сейчас мы в полной мере можем утверждать, что на «психическую сцену» взошла нарциссическая личность с ярко выраженными чертами перфекционизма, манипулятивности, самолюбования, патологической потребностью в достижениях, в признании и восхищении и внутренней пустотой, проявляющейся скукой, апатией, неспособностью радоваться и любить.

И если во времена Фрейда говорили о «невротической личности нашего времени» (К. Хорни), в середине XX в. – о шизоидной (А. Лоуэн), то в настоящее время все чаще можно услышать о «нарциссической личности нашего времени» (А. Лэнгле, Х. Кохут и др.).