Четыре предела свободы. На подступах к Иному. Стратегия и тактика становления личности

 Прилог

«Ева заметила движение веток на ближайшем кусте, а вслед за этим увидела блеск абсолютно холодных глаз, посаженных на чешуйчатой голове древнего существа, которому здесь было явно не место, и услышала тихое и даже чем-то приятное слуху шипение».

Так мог бы начинаться рассказ о драме, разыгравшейся в Эдемском саду. Но наш рассказ будет иным: в уме появляется еще не оформленное предчувствие, намек, пытающийся обратить на себя наше внимание. Уже на этом этапе прилог может быть узнан как нечто имеющее принудительную, а может быть, даже и внешнюю по отношению к сознанию природу.

Еще до обращения на него внимания и до того, как это смысловое переживание перерастет в мысль или образ, при определенном навыке можно понять, что этот прилог чужд и инороден нам и в своей перспективе грозит перерасти в нечто, потенциально опасное для нашей целостности. На данном этапе очень легко прогнать прилог (если, конечно, удалось его вовремя опознать): достаточно произвольно не смотреть и не слушать «в его сторону».

2. Помысл

«Змей начинает свой вкрадчивый разговор с Евой».

Прилог, как и ожидалось, оформляется во вполне конкретную мысль. На инородность этой мысли указывает не только непроизвольность возникшего движения ума, но и в некоторых случаях тот голос, которым такая мысль может звучать, а также узнавание в ней какой-то вкрадчивой лживости.

Отогнать от себя помысл немного сложнее чем прилог, но вполне по силам любому, даже неискушенному в вопросах мыслительной аскезы человеку.

Для этого необходимо либо подавить эту мысль, либо переключить внимание на что-то другое.

3. Собеседование (или сочетание) с помыслом

«Ева вступает в диалог со змеем и получает предложение с “той стороны”».

Сочетание с помыслом возникает в результате внимания ранее возникшему помыслу. Как известно из повседневной жизни, если мы вступаем в беседу с каким-нибудь уличным торговцем, нам затем бывает довольно сложно от него избавиться.

Зачастую дело заканчивается тем, что мы у него что-нибудь да купим. Змей, подобно такому торговцу, начинает «продавать» Еве плод с Дерева познания добра и зла, описывая его достоинства:

«…будете как боги, знающие добро и зло».

Он искушает Еву и, будь у Евы побольше опыта, она могла бы обнаружить в этом искушении отчетливый характер принуждения: происходит то, что можно назвать «захватом» внимания.