Кто подставил Ратмира Котрандашева

Но вот что было интересно, заметил вдруг адвокат: время оставления отпечатков пальцев на вещах, размещенных на кухне, различалось. Но и другое Павла смущало, а именно: кровь на курточке подозреваемого соответствует крови убиенного, но отличается временем, когда было совершено преступление, от времени оказавшейся уже свежей крови на одежде Ратмира. Но также следствием по анализу криминалистов установлено еще более непонятное, что, собственно, и вызвало подозрение, указав на намеренное преступление человека, который сидит под следствием вот уже более девяти месяцев.

Кровь была именно там, где могла бы попасть на одежду при совершении убийства, однако подозреваемый – молодой человек Котрандашев – отрицает свои действия, полностью отказываясь от предъявленных ему обвинений.

«Но ведь тут же ясно указано, – продолжал он размышлять, закончив читать листы, – его отпечатки… Кровь не могла оказаться на его куртке, когда он перетаскивал тело… Хм, этот момент можно ухватить для его помощи… Но… – вспомнил Павел, делая вывод, – зачем ему это было нужно делать? Быть может, он решил ударить его за нанесенную обиду своей подружке, но не рассчитал силы, хотя, судя по его поведению, мне кажется, парень он все же не из таких людей».

Вновь обратившись к папке, пробегая по строчкам дела, Павел вдруг вспомнил разговор с Котрандашевым, он вновь засомневался, что Ратмир мог совершить убийство. Впрочем, все возможно в этом мире, воздушный шар может быть наполнен газом, философски посчитал он.

– Ладно, – произнес он вслух, собрав листы дела.

Он встал из-за стола. «Надо начинать хоть в чем-то разбираться. Начну все сначала», – подумал он.

Павел внезапно вспомнил о кастрюле, которая уже мощно бурлила, разбалтывая в себе макароны.

– Э-эх, вот же а!.. – возмутился он на свою рассеянность.

Он слил воду в раковину через дуршлаг, закинул масло в кастрюлю с приготовленными там макаронами.

Солнце уже полностью показалось в окне, раскидываясь своим светом по домашней утвари. Яркое, оно с раннего утра, подсушивая влажный асфальт и укорачивая растекшиеся за вечер лужи, предвещало хорошую погоду.

Павел раскинул подальше штору, тут же зажмурился от ударившего в глаза яркого света, губы растянулись в улыбке. Бодрый от выпитого кофе, он чувствовал себя уверенно. Перекусил перед предстоящей работой, в преддверии ясного весеннего дня и голубого неба, так раскрашивающего жизнь любого гражданина, сочетая в себе эти великолепия. Казалось, он знал, что делать.