Безумные каникулы Фредди

– Пойду наверх. Сделать тебе что-нибудь, пока я здесь?

– Притащи баночку пивка и пачку «Уотситс», если тебе не трудно.

Я принес ему пиво и чипсы, взбил подушки и почесал спину там, где он не достает.

– Ты хороший парень, Фред. Мама бы тобой гордилась.

Я никогда не видел маму. Не знаю, какой у нее голос. Не знаю, пахла ли она лавандой, как Бабс, или каким-нибудь другим цветком. Не знаю, умела ли она скручивать язык трубочкой, как я (папа не умеет), не знаю, успела ли она меня увидеть, прежде чем умерла.

Я знаю о маме ровно один факт: она была легким человеком.

Ну то есть совсем легким.

Я оставил папу в облаке пыльцы от кукурузных чипсов «Уотситс», поднялся к себе и достал из ящика письменного стола блокнот «Мама бы мной гордилась». Я записываю в него свои поступки, которыми, по мнению папы, мама гордилась бы. Там довольно много записей. Совершить все эти поступки было не трудно, но мне все равно нравится перечитывать блокнот. Вот вам несколько примеров, чтобы вы понимали, о чем я:

Первый раз пошел в школу Святой Терезы.

Я только и сделал, что поел немного хлопьев «Фрости» и оделся в школьную форму (даже шнурки сам не завязывал – их завязала мне Бабс).

Играл в школьном рождественском спектакле.

У меня даже роль была без слов: стоял на четвереньках с привязанной к животу резиновой перчаткой (это было вымя) и время от времени говорил «му-у».

Научился ездить на велике.

Вообще-то буквально все (кроме Чарли) научились раньше меня.

Получил первую наклейку в тетрадке по математике (в 7 лет).

Я выучил таблицу умножения только на два, пять и десять. А Бен – на семь, что очень трудно, когда ты всего лишь в третьем классе.

* * *

Я добавил запись о том, что принес папе пиво и чипсы и почесал ему спину. А потом я, должно быть, незаметно задремал, потому что, когда проснулся, оказалось, что блокнот прилепился к моему лицу моей же собственной слюной. Я его аккуратно отлепил – несколько слов размазалось, но не полностью.

Я глазам своим не поверил, когда посмотрел на свой будильник в виде робота и увидел, что уже восемь вечера. Восемь! Я пропустил чай! Бабс ни за что не дала бы мне пропустить чай, потому что мне нужно хорошо питаться. У меня молодой растущий организм.

Потом я вспомнил про Бабс.

А потом про Письмо.

Я выудил его из заднего кармана и открыл конверт. И увидел, что внутри было не только Письмо. Там еще было мое свидетельство о рождении.