Трое на четырех колесах

Я даже не исключал возможность того, что Этельберта при создавшихся обстоятельствах сама предложит мне съездить куда-нибудь. Я представил себе, как она скажет: «Нет, дорогой, тебе просто необходимо развеяться, переменить обстановку. Не спорь со мной, ты должен уехать куда-нибудь хотя бы на месяц. Нет, и не проси, я с тобой не поеду. Тебе нужно мужское общество. Попробуй уговорить Джорджа и Гарриса. Поверь, при твоей работе отдых просто необходим. Постарайся на время забыть, что детям нужны уроки музыки, новая обувь, велосипеды, настойка ревеня три раза в день.

Постарайся не думать, что на свете есть кухарки, обойщики, соседские собаки и счет от мясника. Не перевелись еще потаенные утолки, где все ново и неведомо, где твой утомленный мозг обретет покой, где тебя посетят оригинальные мысли. Поезжай, а я за это время успею соскучиться и по достоинству оценю твою доброту и преданность, а то ведь я начинаю забывать о твоих положительных качествах: человек, привыкая, перестает замечать сияние солнца и холодный блеск луны. Поезжай и возвращайся отдохнувшим душой и телом. Возвращайся еще более добрым, еще более умным».

Но даже если наши желания и сбываются, то совсем не так, как мы задумали. C самого начала все пошло наперекосяк: Этельберта не заметила, что мне нездоровится, и пришлось самому обратить на это ее внимание.

– Извини, дорогая, мне что-то не по себе.

– Серьезно? А я ничего не заметила. Что с тобой?

– Сам не знаю, – ответил я. – Это уже не первый день.

– Все из-за виски, – решила Этельберта.

 – Ты ведь обычно не пьешь, разве что у Гаррисов. От виски тебе всегда плохо.

– Виски тут ни при чем. Все не так просто. По-моему, мой недуг скорее душевного, чем телесного свойства.

– Опять ты начитался заумных критических статей, – сказала Этельберта, смягчившись. – Почему бы тебе не послушать моего совета и не бросить их в огонь?

– Статьи тут ни при чем. Между прочим, за последнее время мне попалось несколько весьма лестных отзывов.

– Так в чем же тогда дело?

– Ни в чем.

Одно могу сказать: в последнее время меня охватило какое-то странное волнение.

Этельберта посмотрела на меня с любопытством, но ничего не сказала.

– Знаешь, – продолжал я, – утомительное однообразие жизни, сплошная череда тихих, безоблачно счастливых дней способны вселить беспокойство в кого угодно…

– Не греши, – сказала Этельберта. – Безоблачное счастье надо уметь ценить, оно ведь не вечно…

– Я с тобой не согласен.