Чистилище

И выпивать и отдыхать возможностей хватает. Но, вы больно-то не радуйтесь. У нас-то с вами служба разная. Мы – постоянные обитатели крепости. Вы, вероятнее всего, временное пополнение. А уж для чего вы здесь и надолго ли – только богам да отцам командирам известно. И ни те, ни другие делиться планами не спешат. А мы об этом уже достаточно фантазировали.

Все согласно закивали, мол, и правда достаточно.

– А расскажите-ка мне ребята, – негромко прохрипел Марлон, – что это за великан на угловой койке притаился.

Судя по могучему храпу – не иначе как плод любви великана и медведицы.

Собравшиеся подтвердили предположение кивками и усмешками.

– И более того, – добавил высоким голосом бородатый, – зачали его, когда медведица в глубокой спячке прибывала.

Джастин пожал плечами, предположил:

– А может, просто у человека совесть чиста, вот и спит себе спокойно.

Вокруг захохотали и зашумели, давая понять тем самым, что чистая совесть не ограждает сон от помех подобного рода.

– Ну ладно, ладно! – Усмехнувшись, поднял руки Марлон. – Скажите же, что за чудо. Где вербовщики графа откопали такого и есть ли там еще. Так как уверен, хоть и видел его только лежа, что подобная громадина будет довольно полезной. Хотя бы видом своим неприятеля отпугивать.

– Или просто храпом!

Вставил кто-то, породив очередной взрыв хохота. Худощавый паренек, Берти, так и сидящий в кольчуге, подогнанной по размеру Марлоном, робко пояснил.

– Вообще он мужик что надо. Но из-за размера и немного… жутковатого лица, Бенджамина считают бесноватым или юродивым. У него от рождения левый глаз дергается. А правый смотрит малость не прямо. Да и один побольше другого. Но сам-то он нормальный, добрый, лошадей любит.

Берти смущенно затих, не зная, что добавить.

– Лошадей любит… Жрать штоли?! Целиком проглатывать?

Марлон сам заржал как взбесившийся мерин, неистово лупя себя по колену волосатой пятерней. Таким образом, разговор плавно перешел с Бенджамина на различные гастрономические изыски.

Потом на вино, пиво и вообще все, что может влить в себя страдающий от жажды солдат. Незлым тихим словом помянули человека, стащившего у одного из новобранцев полную флягу отличного первача. Причем Джастин и Марлон активно подогревали негодование публики, в душе посмеиваясь над жадноватым вором. Но как бы весело не было, нашим приятелям давно было пора на боковую.