Сотворение мифа

Каждая из общин ревниво оберегает свои территориальные, административные и судебные права, а бастионы и рвы с водой, отделяющие одно поселение от другого, помогают им в этом.

За городскими стенами царит ещё вполне средневековый быт. Узкие улицы вьются, «как ленточные черви», по выражению путешественников, возле домов стоят ящики с нечистотами, по центральным площадям бродят свиньи. Зато имеется университет и выпускается газета, которую читают далеко за пределами Кёнигсберга, в том числе в Москве. Дворцовая библиотека хранит около десяти тысяч книг и манускриптов, в том числе бесценное сокровище древнерусской истории – сделанный в конце XV века список с летописного свода XIII столетия; особую ценность ему придают 618 миниатюр – в большинстве своём, это копии с древних оригиналов.

Позднее рукопись получит название Радзивиловской (по имени последнего владельца, виленского воеводы Януша Радзивила), или Кёнигсбергской (по месту хранения с 1671 года) летописи.

Младшему Байеру идёт четвёртый год, когда с любекского торгового корабля, нанятого в Либау, на кёнигсбергскую землю сходят члены Великого посольства – московский волонтёр Пётр Михайлов со товарищи.

Молодому царю, не желающему раскрывать своё инкогнито, отводят частный дом в Кнайпхофе.

Тем не менее гостям решено оказать великолепный приём. Предложенные им развлечения разнообразны и изысканны, ибо курфюрст Фридрих III, как может, подражает роскоши версальского двора. Однако быстро выясняется, что странный волонтёр терпеть их не может, за исключением разве что фейерверков.

Придворным увеселениям он предпочитает прохождение курса артиллерийского дела у инженера прусских крепостей подполковника Штейнера фон Штернфельда.

Гуляя по городу, Пётр и не подозревает, что где-то рядом подрастают будущие российские академики – Готлиб Байер и Христиан Гольдбах (который, будучи старше своего академического собрата на четыре года, уже приступил к школьным занятиям).

Байеру школьная пора запомнилась бесконечным переписыванием классных упражнений.

Он ходит в первых учениках, что побуждает более состоятельных одноклассников обращаться к нему за помощью всякий раз, когда школьное задание кажется им сложным. Иногда ему перепадает за это какой-нибудь подарок, но нередко просьбы товарищей подкрепляются одними угрозами. Чтобы не выдать себя, Байеру приходится переводить один и тот же латинский текст несколькими способами, подыскивая слова и выражения, отличные от тех, которые значатся в его собственной тетради.